Чья-то ладонь сжала его загривок, и над ухом раздалось глубокое рычание Рэта:

– Сейчас ты недостоин входить сюда. Кивни.

– Скажи, что ты недостоин.

Голоса братьев внезапно издали громкий крик на древнем языке, словно выражая протест.

– Хоть ты и недостоин, не желаешь ли стать таковым этой ночью? Кивни.

– Скажи, что желаешь стать достойным.

– Я желаю стать достойным.

Еще один выкрик на древнем языке, на этот раз – одобрение.

– Есть только один способ стать достойным, и это правильный и надлежащий способ. Плоть от нашей плоти. Кивни.

– Скажи, что хочешь стать плотью от нашей плоти.

– Я хочу стать плотью от вашей плоти.

Раздалось тихое пение, и у Буча сложилось впечатление, что перед ним и за его спиной пролегли две линии. Без предупреждения братья начали двигаться – волнообразное движение вперед и назад, отраженное ритмом мощных мужских голосов. Буч, стараясь попасть в ритм, тотчас же врезался в кого-то, напоминающего Фури по еле заметному запаху красного дымка, и кто-то налетел на него сзади, определенно Вишу, он просто знал это. Черт, он устроил тут полный кавардак…

А затем это произошло. Его тело будто бы нашло колею, и он теперь двигался со всеми… да, все они словно стали единым целым, двигаясь и продолжая петь, назад… вперед… влево… вправо… голоса, а не мускулы ног несли их.

Внезапно раздался акустический взрыв, как будто песня треснула и рассыпалась в тысячу разных направлений. Они вышли в открытое пространство.

Рука на плече подсказала Бучу, когда остановиться.

Пение прекратилось, словно его отключили, звуки некоторое время отдавались эхом, затем улетели прочь.

Буча взяли за руку и куда-то повели.

Рядом с ним Вишу произнес тихим голосом:

Буч чуть запнулся, затем начал подниматься. Когда он добрался до верху, Ви поставил его так, как было нужно. Приняв заданную позу, Буч почувствовал, что находится перед чем-то огромным: пальцы ног уперлись в какую-то стену.

В последовавшей тишине бусинка пота скатилась по его носу и приземлилась между ног на глянцевый пол.

Ви сжал его плечо, словно подбадривая. Затем отошел.

– Кто выдвигает этого вампира? – прозвучал требовательный голос Девы-Законоучительницы.

– Я, Вишу, сын Воина черного кинжала, известного как Бладлеттер.

– Кто отвергает этого вампира?

Теперь голос Девы-Законоучительницы достиг колоссальной мощи, заполняя пространство и отдаваясь в ушах Буча эхом произносимых ею слов.

– На основании свидетельства Рэта, сына Рэта, и прошения Вишу, сына Воина черного кинжала, известного как Бладлеттер, я считаю этого вампира, Буча О’Нила, потомка Рэта, сына Рэта, достойным кандидатом для вступления в Братство черного кинжала.