Олли смеется, его слегка заносит в сторону, и он тут же упирается рукой в кухонный остров, пытаясь поймать равновесие. Рэм даже не обращает на это внимание, продолжая рассказывать что-то. Когда Олли поднимает взгляд и замечает меня, мое сердце проваливается в желудок и, сдетонировав, взрывается.

– Микки, – произносит он одними губами, а затем широко улыбается.

Хотела бы я разозлиться, но я так рада видеть Оливера, что несусь вперед и буквально врезаюсь в него с объятиями, отчего его чуть заносит назад. Его глубокий смех отдается вибрацией в моей груди, от Олли пахнет теплым солнечным днем и сигаретным дымом. Господи, как же я скучала!

– Как я рад тебя видеть, Мик, – выдыхает он, зарываясь пальцами в мои волосы.

Отстранившись, я стискиваю зубы и хорошенько толкаю его в плечо.

– Почему не отвечаешь на мои звонки?

Потерев плечо, он рассеянно хлопает ладонями по карманам.

– Прости, куда-то дел телефон. Парни встретили меня прямо в аэропорту, я и опомниться не успел, как уже сидел у Рэма и пил пиво.

Оливер извиняется, выглядит слишком хорошо, и я едва сдерживаюсь, чтобы не выпалить все, что я к нему испытываю. Я копила эти чувства на протяжении пяти лет, и все лето сгорала от понимания, что пришло время сказать все как есть.

– У меня новости, – говорит Олли.

– У меня тоже, но лучше ты первый, потому что не уверена, что после моей новости ты сможешь говорить.

– Вот ты где! – Констанс выпрыгивает как черт из табакерки и, повиснув на шее Оливера, впечатывается в его губы жадным поцелуем.

Жду, когда Олли оттолкнет ее, но секунды тянутся, а он и не думает отстраняться. Его руки блуждают под задравшимся топом и сжимают талию Констанс. Они оба смеются сквозь поцелуй, и чем дольше я стою здесь и наблюдаю эту картину, тем сильнее меня начинает тошнить.

Вот какие новости у Оливера. Они с Констанс помирились. Она ведь уже бросила его однажды и ушла к тому, с кем изменила – к Мейсону Шепарду – одному из Кардиналов. Кардиналами мы прозвали учеников частной школы «Примроуз», ребята оттуда часто носят форму даже вне занятий, с гордостью таскают галстуки и пиджаки, на которых красно-золотыми нитями вышит символ школы – птица красный кардинал. Парни из нашей школы часто конфликтуют с Кардиналами, а на вечеринках между ними обязательно завязываются драки.

В конце весны Констанс разбила Оливеру сердце. Зачем она снова здесь? И почему он простил ее? Чувствую, как мои щеки полыхают, а глаза щиплет от желания разреветься.

– Мы снова вместе. – Тяжело дыша, Олли отстраняется от Констанс и растягивает губы в широкой улыбке. – Здорово, правда?

Я ненавижу видеть то, как его глаза блестят от счастья, когда он рядом с ней.

– О да, – усмехнувшись, выставляю большие пальцы. – Я просто вне себя от счастья.