Мамы успокаивали нас, убеждая, что от трейлерного парка до Шелби Фарм всего полчаса езды, поэтому мы будем видеться часто. Для нас с Джейком это была трагедия, поэтому мы сидели в обнимку до тех пор, пока Сэму, его отчиму, не пришлось буквально отрывать нас друг от друга, чтобы посадить пасынка в машину. Нам обоим казалось, что если нас разлучат, то произойдет нечто страшное. Вдруг ураган снова обрушится на город, а Джейка не будет рядом? Учитывая воспоминания, даже смешно от мысли, что десять минут назад мне пришлось уговаривать его просто подвезти меня.

– Что смешного? – Он поворачивает голову, и я понимаю, что вслух усмехнулась собственным мыслям.

– То, что мы чуть больше десяти минут наедине и ни разу не поругались. Ты даже не попытался вывести меня из себя.

– У тебя впереди тяжелый вечер, я еще успею увидеть твою недовольную мордашку.

В ответ Джейк только загадочно улыбается и пожимает плечами. Меня мучает любопытство, но я решаю не поддаваться на провокации, потому что знаю: он хочет, чтобы я без остановки расспрашивала его, умоляя дать подсказку. Обойдется.

Джейк приоткрывает окно, ветер треплет его темно-каштановые волосы, в уголке нижней губы поблескивает стальное колечко пирсинга, – как-то раз в школьном туалете я слышала, как Пола Хоффман мечтательно щебетала, что продала бы душу, лишь бы оказаться на месте этой серьги. С одной стороны, понимаю Полу, потому что Джейк Элфорд действительно слишком хорош собой, но при этом он полный придурок.

Из дома Рэма грохочет музыка. Вечеринки тут проходят часто, и можно не бояться, что родители внезапно нагрянут, потому что мать Рэма – миссис Гастингс не только разрешает молодежи веселиться, но иногда и сама спускается к нам. Миссис Гастингс увлекается психотерапией, валиумом, алкоголем, а возможно, и чем-то покрепче любой дури. Так мама переживает тяжелый развод – поясняет Рэм.

Восемнадцать лет назад шестнадцатилетняя Долорес Вайтхолл влюбилась в Роя Элфорда – местного музыканта из бедного района Уэст-Мемфиса. Они переспали в первый же вечер знакомства сразу после концерта Роя. Единственный опекун Долорес – ее отец Дастин, настаивал на аборте. Долли сбежала из дома, пришла к Рою, они начали жить вместе и поженились буквально через пару недель. Беременность была крайне тяжелой, денег не хватало ни на что. На третьем месяце беременности, когда Долли мучил жуткий токсикоз, она узнала, что ее отец болен раком легких. Она искала встречи с ним, но он отказывался, потому что не мог простить. Встреча состоялась за неделю до рождения малыша. Дастин сказал, что оставит Долорес наследство при одном условии – внука назовут по семейной традиции на букву «Д».