Не зря, получается, этим занимаюсь!

— Я к чему тебя позвал-то, — перешел Михаил Ефимович непосредственно к делу. — Тут вот какая идея возникла. Хочу журнал новый выпускать. «За рубежом». У нас ведь много чего о загранице говорят, но правдивой информации, а главное — той же бытовой — не хватает. А людям интересно. Как ты отнесешься к тому, чтобы тоже в этом поучаствовать?

— Это каким образом? — удивился я.

— У тебя взгляд не замыленный, молодой. На многие вещи по-другому смотришь. Раз в месяц или два съездишь со мной за рубеж, а по возвращению — опишешь свои впечатления.

Как ты на это смотришь?

Судя по взгляду Михаила Ефимовича, он не сомневался, что я тут же уцеплюсь за это предложение. Но вот нужно ли мне это? Из плюсов — посмотрю, как в других странах живут. Из минусов — другая моя работа просядет. Я это очень хорошо прочувствовал после поездки на Дальний Восток. Да и смогу ли я вообще везде успевать? С тем же Яковом Ивановичем когда мне работать? Там хоть и не часто мое присутствие требуется, но ведь может так получиться, что я нужен, а сам за границей нахожусь? И что тогда? Пошлют меня и из-за пары статей не смогу реальную помощь здесь оказать.

Снова тот же Николай Николаевич откажется хотелки военных выполнять, кто его прикроет?

— Спасибо, но нет, — со вздохом отказался я.

Хотя и жаль. Но надо выбирать ношу по себе. Не потяну я предложение Кольцова.

Тот очень удивился моему отказу и тут же спросил, в чем причина. Постарался объяснить, после чего Михаил Ефимович на несколько минут впал в глубокую задумчивость.

— А если без поездок? — вдруг спросил он.

— Что вы имеете в виду?

— Что если ты поможешь в составлении сравнительных статей? Съездить за рубеж найдется кому.

Да хоть сам отправлюсь, не впервой. А вот потом один пишет, как там «у них» дела обстоят, а ты — как у нас. В промышленности, как рабочие живут, крестьяне, чем к примеру наша одежда от их отличается. И почему. Как ты на это смотришь?

— Ну, если провести это через комсомольскую или даже партийную линию, — задумался я.

Надо признать, что лекции по школам мне успели надоесть. И отказаться просто так нельзя. Нужна адекватная замена, иначе не поймут.

Тот же Рябинцев может начать палки в колеса мне вставлять. Для него моя деятельность — дополнительная галочка к характеристике. И терять ее он не намерен. Да, можно выйти из комсомола, но это как расписаться в своем бессилии. Почему тогда сразу не ушел, как в партию вступил? Переоценил себя? На это ведь и товарищ Сталин обратит внимание. И что он там может подумать, понятия не имею. Но пусть небольшой, а урон к репутации получу. Но вот если заменить одну деятельность другой — такого не случится.