Он все время подкручивал (видимо, от волнения) небольшие, колечками усы. Роста высокого. Когда я пристально взглянул на незнакомца, он пошел прочь вихляющей, с развальцем походкой. Завершив банковские операции, мы сели в свой кабриолет. Лошадью я правил сам.

Мы миновали Дорогомиловскую заставу. Начались пустыри. Кругом ни души. Лишь какая-то бричка, набитая людьми, обогнала нас.

Мы проехали еще саженей двести. Начались густые заросли орешника. Вдруг, свернув на повороте, я едва не врезался в ту самую бричку, что обогнала нас. Она перегораживала дорогу. Как нарочно, вдоль дороги глубокая канава, не объехать.

К нам подскочили пять человек. В старшем я узнал того господина, что вертелся возле нас в банке. Он командует: «Ну-ка, вылезайте! Приехали». Я был спокоен. В боковом кармане сюртука лежал револьвер. Стрелок я хороший. Шести пуль для пятерых, думаю, хватит. С земли стрелять удобней, чем с запряженной рессорной коляски. Я кивнул дяде: «Слезаем!»

Он первым опустился на землю. И в тот же миг стоявший рядом бандит молниеносным ударом поразил дядю ножом в шею. Другой, невысокий, щупленький, бросился на меня. В его руке блеснул узкий кинжал. Я, еще не успев хорошо опуститься на землю, точно прострелил ему правую руку. Кинжал упал на землю.

Щуплый громко вскрикнул: «Ох, черти!»

Я вскинул револьвер на главаря, но в этот момент меня сзади кто-то ударил ножом. Обливаясь кровью, я упал, но сознания не потерял. К сожалению, во время падения я выронил револьвер. Главарь поднял его и укоризненно сказал тщедушному: «Эх ты, Пиво! И садануть-то как следует не сумел. Ну да ладно! Жмуриков раздеть! Где их саквояж? Возьмите саквояж из коляски да уберите ее с дороги».

После этого главарь подошел к дяде. Он с явным наслаждением запустил нож в глаз, потом в другой, с любопытством разглядывая изуродованное лицо своей жертвы. Один из бандитов уже начал раздевать меня, стягивая брюки и исподнее. Главарь шагнул ко мне, держа наготове окровавленный нож. Вдруг он остановился, прислушался: «Чу, несет кого-то сюда нелегкая. Их, кажись, много. Быстро сматываемся!»

Нахлестывая лошадей, они стремительно укатили прочь.

Я все более слабел от потери крови. Казалось, что уже вечность лежу на этой проклятой дороге. Наконец какие-то люди подняли меня, отвезли в больницу.

— Вы сказали, что бандита зовут Пиво? Это уже зацепка…

Кошко в тот же день сделал запросы в сыскные отделения различных городов Империи, но отовсюду получил ответ: «Преступник, зарегистрированный под кличкой „Пиво“, не значится».

Но сыщик понял: эта ниточка должна рано или поздно привести в бандитское логово.

Шайка продолжала безнаказанно орудовать. Так был дерзко среди бела дня в центре города убит и ограблен главарь целого синдиката тряпичников.