Большой рогатый самец делает еще один нетерпеливый жест в сторону двери, и я поспешно двигаюсь вперед, мои шаги шатаются. Я чувствую легкое головокружение, и в голове у меня пульсирует. Я вхожу в темный, недружелюбно выглядящий коридор, который, кажется, полностью сделан из металла. Это напоминает мне что-то из фильма о космическом корабле. Мой покупатель хватает с полки небольшой сверток, а затем жестом показывает, чтобы я следовала за ним.

Я так и делаю, потому что не знаю, есть ли у меня другие варианты. Только не с надетым шоковым ошейником. Я не возражаю против небольших шлепков шоковой палкой, потому что они мягкие, и в большинстве случаев это того стоит. Укусить рабовладельца? Разряд тока стоил того. Выбить еду из рук придурка-охранника? Разряд тока стоил того. Но электрошоковый ошейник не из мягких. Я видела, как у большого раба-человека-ящерицы расплавились мозги и потекла кровь из носа после того, как его слишком много раз ударили шоковым ошейником. После этого я научилась бояться ошейника.

Страх — мощный мотиватор для раба.

Мужчина ведет меня по нескольким извилистым коридорам, а затем стучит по настенной панели. Дверь открывается, и внутри я вижу других людей. Они все сбились в кучу в комнате размером с мою старую спальню на Земле. Все одеты в бумажные халаты и накинули на плечи одеяла. Мужчина протягивает мне сверток — вероятно, мое одеяло — и жестом показывает, что я должна присоединиться к остальным.

— Нам потребуется около двух дней, чтобы добраться до места назначения. Вам всем нужно оставаться здесь и вести себя тихо. Мы принесем вам поесть. Вон за той дверью находятся удобства. — Он указывает на узкую каморку в стороне.

Гейл похлопывает по свободному месту рядом с собой, и я подхожу ближе.

— Ты забираешь нас на Землю? — спрашивает Гейл со спокойной уверенностью в голосе. Она по-своему храбрая.

— Нет. Тебе же сказали. Земля под запретом. Я не знаю, как им удалось незаметно проникнуть в зону, чтобы схватить вас, но нас наверняка засекли бы на радаре и посадили в тюрьму. Вы не вернетесь. Мы отвезем вас в другое место.

Одна из других девочек — розоволосая Брук — начинает плакать. Кейт крепко обнимает ее и гладит по плечу, и на их лицах читается беспокойство.

Гейл хмурится. Я могу сказать, что эта новость повергла ее в уныние, но я не удивлена. Много лет назад я поняла, что никогда больше не увижу Землю. Гейл и остальным потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к этой мысли.

— Тогда куда вы нас везете?

— В другое место, — повторяет он неопределенно. — Люди там милые.

Он выглядит смущенным, затем выходит из дверного проема, собираясь уходить.

— У меня еще полно дел. Как я уже сказал, через несколько часов кто-нибудь придет с едой.