— Ошейники ведь не понадобятся, не так ли? Я полагаю, вы так же цивилизованны, как и остальные ваши соплеменники?

— Если ты имеешь в виду, убежим ли мы, я не могу говорить за других, но я не стану этого делать. Куда ты нас ведешь? — Она скрещивает руки под своей маленькой грудью, стоя прямо и гордо, несмотря на свой миниатюрный рост.

— Ты можешь отвезти нас домой? — вскрикивает Кейт с надеждой в голосе. Другие девушки перешептываются, и я чувствую укол возбуждения в животе.

Тот, что постарше, качает головой.

— Ваша планета под запретом. Даже покупка вас — табу. Я достаточно рискую, покупая вас у этого торговца мясом. — Он бросает взгляд на надсмотрщика за рабами, который сияет и бросает на него одобрительные взгляды. — Я покупаю вас для друга.

Это звучит так холодно, но я замираю. Мой самый первый хозяин, тот, что держал меня в своем частном зоопарке, отдал меня своему «другу». Просто потому, что этот инопланетянин говорит, что не хочет нас для себя, это не значит, что мы не в опасности.

Мы все еще рабы. Мы все еще не свободны.

— Давай же, — говорит тот, что постарше. — Мы тратим топливо впустую с каждым мгновением, пока простаиваем здесь. Пора покончить с этим делом.

Младший кивает с нервным выражением на лице.

— Я бы хотел убраться отсюда до того, как кто-нибудь зафиксирует, что наш корабль здесь. Мне не нравится мысль о том, что я проведу остаток своей жизни в ктарианской тюрьме.

— Тогда выпусти нас, — говорит Гейл.

Он кивает надсмотрщику, и камера Гейл открывается. Она спокойно выходит, выжидая, и смотрит на меня.

Но я не сдамся без боя. Поэтому, когда они открывают мою клетку, я отшатываюсь, забиваясь в угол. Если бы я думала, что рычание принесет хоть какую-то пользу, я бы попробовала это. Надсмотрщик вздыхает и что-то говорит остальным на своем странном языке.

— Выходи же, — говорит младший, на его лице написано нетерпение. — Я знаю, ты можешь меня понять. Ну же. У нас не так много времени.

Неужели он думает, что я пойду с ним добровольно? После того, что я видела и пережила? Он просто мой новый похититель. Я никогда не сдамся легко, потому что это не имеет значения. Ты можешь быть самым послушным рабом в мире, и кто-то всегда захочет причинить тебе боль только потому, что ты собственность. Поэтому я остаюсь прижатой к стене и игнорирую его, опустив лицо, чтобы волосы могли скрыть страх на моем лице. Я ненавижу показывать им, что я боюсь.

Рабовладелец предлагает ошейник, но старший отказывается. Теперь они все хмуро смотрят на меня. Как будто проблема во мне.

Я крепко прижимаю руки к груди, съёживаясь у стены. И когда появляется кто-то большой, мой страх и инстинкты берут верх. Он тянется ко мне своей большой рукой…

Поэтому я кусаю его.

Он отдергивается, и в этот момент меня отбрасывает назад.