Та же самая ширина, те же самые материалы дорожного покрытия, тот же рельеф кривизны — в общем, тот же самый дизайн. Я понял это, проехав по ней примерно десять миль. Затем справа по ходу машины я почувствовал в темноте близость деревьев и ограждения. Юго-восточный угол Келхэма. Правая нижняя часть территории базы, если смотреть по карте.

За окном машины проплывала южная сторона периметра, и я ждал, что вот-вот появятся ворота, в которые я и въеду. Я не видел причины, почему бы не установить ворота как раз посредине этой линии ограждения. Министерство обороны обожает аккуратность.

Будь на пути ограждения холм, армейские инженеры срыли бы его. Будь на пути ограждения топь, они осушили бы ее.

Под конец я пришел к выводу, что раньше здесь на трассе была небольшая низменность, потому что примерно после двух миль дорога опиралась на насыпь высотой около шести футов; сделано это было для того, чтобы дорожное покрытие оставалось на прежнем уровне. Затем насыпь вдруг неожиданно расширялась вправо и становилась гигантским бетонным возвышением, имеющим форму лопасти, повисшей над уклоном.

Словно гигантская площадка для разворота машин, в которую впадает новая широкая дорога. Ее начальная ширина была не меньше половины футбольного поля, может, чуть больше; затем дорога немного сужалась. Она встречалась со старой дорогой под прямым углом, но ни острых краев, ни крутых поворотов я не заметил. Все повороты были плавными, выполненными в форме мягких и даже элегантных дуг большого радиуса. Их делали с расчетом на гусеничную технику, отнюдь не на «Бьюик», который осторожно двигался сейчас по этой транспортной развязке.

Но если участок в форме лопасти заканчивался въездом на новую дорогу, то эта новая дорога через пятьдесят ярдов заканчивалась тупиком, упираясь в ворота Форт-Келхэма. А сами ворота представляли собой сверхмощное сооружение. В этом можно было не сомневаться. В физическом смысле оно было самым мощным из всего, что мне довелось видеть вне зоны боевых действий. На флангах располагались фортификационные укрепления; стоящее рядом здание, где располагалась охрана, также представляло собой весьма основательное сооружение. В нем находилось девять человек.

Интересы округа представлял один человек, заместитель шерифа Гизер Батлер. Он сидел в машине, припаркованной под углом к пересечению наружной дуги — как бы на нейтральной территории — в точке, где муниципальная дорога переходила в армейскую. База была залита огнями, кругом царило оживление — Форт-Келхэм жил своей привычной жизнью. Люди входили внутрь и уходили, не образовывая толпы, но никто не был предоставлен самому себе. Многие сидели в машинах, некоторые оседлали мотоциклы.