— Я вообще плохо к оркам отношусь, — тут же оскалилась моя собеседница, — А с некоторых пор еще и к тебе! Только ты, пьяный, не пытался поиметь десятилетнюю пигалицу, которая решила подбежать к отцу, стоящему у дирижабля, с просьбой купить ей куклу! И это был далеко не один такой случай! Думаешь, я просто так живу в «Солнышке», никуда не вылезая!?

— Понятно. В общем, мы с тобой собираемся сломать Барджайю.

— Что? Как?! …я в деле!

Чем эффективнее работает механизм, тем жестче внутри него некоторые сцепки и противовесы. В случае конфедерации все было неоднозначно.

Отсутствие критически важных индустриальных узлов, чью роль выполняли куда более мелкие «узелки». Прекрасно развитый гражданский флот, дополняющий отличную систему железных дорог. Парламентская система внутри правления кланов, имеющая столь чуждую другим странам идеологию, прекрасно работающую как «антивирус» против иноземного вмешательства. Жесткая вертикаль власти и ответственности при существующих социальных лифтах, способных любой талант, следующий правилам, доставить очень высоко наверх. Тирания, диктат и… широчайшая свобода в жестко закрепленных суровыми правилами пределах.

Только вот уязвимое место есть у всего и всех. В случае барджайских орков это были дети. Строжайший отбор, сильнейшая мотивация, социальный статус родителя, зависящий от достижений его собственных детей, многоженство, порождающее сильнейшую конкуренцию внутри гаремов. Кригстан, получивший совсем недавно доступ к одной технологии, увидел, как можно ударить прямо в сердце мирового монстра с её помощью.

Среднему барджайскому орку в любом статусе, клане и касте, совершенно плевать, каким образом его дети встанут над другими.

Дуэль насмерть за перспективную кандидатку в жены? Обычное дело. Групповая дуэль за орчанку из семьи, известной своей плодовитостью и здоровьем? Это норма. Обратное событие, когда зеленокожие женщины сражаются за молодого орка из многодетной семьи с хорошей наследственностью? Тоже. Ты — это твоя семья, твои дети и родители, совокупно. Дети, дети и еще раз дети. Высокая смертность? Плевать, выжить и процветать должны лучшие. У барджайцев за детей признавали тех, кто дожил (и выжил) до 16-ти лет, а это минимум 4 экзамена-испытания, где худших ждала смерть. Обычно их, этих испытаний, конкурсов и соревнований, было больше дюжины.

Что было в переданных мне бумагах? Всего-навсего технология клонирования, по легенде скопированная с знаменитых баков храмов Бога-из-Машины.

— А вот тут я ничего не понимаю, — фыркнула Стелла, — Что за баки? Что за… клоуны?

— Клоны, — терпеливо объяснял я, — Дети из бочки.

— Технология, дура ты зеленая, необразованная. У тебя там, в пузе, то и дело рождается яйцеклетка.