— Это будет сложно, Должник. Это будет офигительно сложно! — выдохнула подобравшая под себя ноги девушка, — Выйти нам, не оркам, на шишку такой величины… в Барджайе… Как ты собираешься это провернуть?

— Планировал воспользоваться тобой, — пожал я плечами, — Именем Заграхорнов. Попробовать выйти на местных теневиков, оказать пару услуг из тех, что я умею, получить контакт с Кираном. В худшем случае, если ты совсем бесполезна, я просто вломлюсь к нему в дом, свяжу его, засуну документы в задницу, а потом уйду, прихватив что-нибудь очень ценное.

— Охренительный план, — подумав, выдала полугоблинша с косящими от переизбытка чувств глазами, — А можно не надо?

— У тебя есть другой? — приподнял бровь я.

— У меня есть кое-что получше, — протянула девушка, хватаясь за штурвал, — Знакомый, который умеет думать!

И мы полетели к этому знакомому. А через три дня, наблюдая за разминающейся Стеллой, взявшей с меня слово, что буду заставлять её другие «версии» делать зарядку, я увидел причину, по которой скрытный скоростной дирижабль контрабандистов выкрашен в вырвиглазно-желтый цвет.

Все дирижабли и планеры конфедерации Барджайя были точь-в-точь такого же противного оттенка. А еще их было много, попадались они на нашем пути часто, но самое смешное и утешительное я узнал от недоумевающей полугоблинши, признавшейся, что никогда не слышала о какой-либо связи между воздушными судами.

В конфедерации бал правила проводная связь.

На обшивку начинал падать хоть и первый, но совсем не робкий снег, валящий с неба на лесную империю крупными хлопьями, атмосфера на судне из удушливо-жаркой становилась приятно-теплой, Волди набирал вес и отращивал морду, а мы со Стеллой маялись от скуки, наблюдая в иллюминаторы лишь черноту леса и белизну неба.

Полёт был долог и пролегал отнюдь не по прямой. Мы садились на тихих и как будто вымерших заимках, ждали или искали определенных орков, с которыми перебрасывались несколькими дежурными фразами, быстро переходящими в жаркий короткий торг. Затем, отказываясь от любых встречных предложений и наймов, мы скидывали посредникам и клиентам часть заначки из того, чем было забито «Солнышко», а потом летели дальше.

Несколько унылых дней, наполненных однообразной рутиной, пошли Стелле на пользу. Кое-как оклемавшись от своих приключений, она показала себя вполне неплохим компаньоном, пусть и не всегда веселым, но живым и любознательным в любой своей ипостаси. Серьезная злюка растворилась, став болтливой занудой, а затем превратилась в азартную натуру с легким налетом философии. Следующей трансформацией стало преображение в довольно спокойную девушку с ярко выраженным педантизмом.