Какой бы ни был Байков кровавый преступник – он служащий Русской императорской миссии. И только мы, русские, можем решать его судьбу. И никакой швед, австрияк или турок не смеет его пальцем тронуть. Это, если хотите, государственный принцип. А водитель Савельев, погибший на вашем «Форде»? В его смерти тоже виноват Хольм. Слава богу, мы опередили его, и вы остались живы. – Он глубоко затянулся папиросой и продолжил: – Время сейчас непростое – война. И люди гибнут не только на фронтах… Когда я собирался ехать к вам, я узнал ужасную новость: в Казвине казак влюбился в персиянку, которая родила ему мальчика. Мать собиралась принять православие и крестить сына. Они ждали священника, который должен был приехать на дилижансе из Тегерана. А недавно стало известно, что в трех фарсахах от города магометанские фанатики остановили дилижанс, ограбили всех, а русского батюшку сдушегубили. Да не просто убили. Они облили его известью, влили ее в рот и ждали, пока она затвердеет. Эти изверги задумали превратить православного священника в каменный столб и оставить на дороге, чтобы тем самым устрашить наших казаков. А когда увидели, что он еще дышит – застрелили. Но «столб» оставили. И на нем написали, что так будет с каждым «москови». Этот несчастный, насколько я помню, прибыл сюда вместе с вами.

– Отец Симеон погиб?

Ардашев покачал головой, но промолчал.

– Да о чем мы рассуждаем? О каких материях? Вы лучше меня знаете, кто мутит этот несчастный, забитый нищетой и муллами народ – всякие там шольцы и хольмы! А Летов, на которого вы обиделись, лишь привел приговор в исполнение. Жаль, конечно, что часы с руки не снял. Ну что ж, всякое бывает, не догадался. А впрочем, это мое упущение. Он тут ни при чем. Такие люди, как подъесаул, думать не должны. Их задача – любой ценой выполнить приказ. За них думает начальство. А вам, случаем, известно, зачем он ездил в Россию?

Ардашев пожал плечами.

– Так, по крайней мере, он мне сказал.

– Ну да, в отпуск, побыл дома с недельку, а все остальное время проходил обучение в составе особо сформированных сотен при Кубанском казачьем Войске. И получил наивысший балл по самым сложным предметам, как то: умение вести прицельный огонь из разного вида оружия, использование изощренных способов маскировки, курсы топографии и тренировка наблюдательности. И это далеко не полный перечень дисциплин, которые он прослушал. Такие офицеры сегодня на вес золота. И нам – военной разведке – без них не обойтись.

– А за рулем угнанного такси кто был? Вы?

– Нет, мой chauffeur. Он, слава богу, к МИДу никакого отношения не имеет. И вам его упрекнуть не в чем.

– Я вполне отдаю себе отчет, что устранение Хольма без санкции Генерального штаба было невозможно. Только Генштаб – это не МИД.