И военные не всегда могут предвидеть дипломатические последствия таких акций. И если уж подобное соображение появилось, то его следовало согласовать с нами. Не стоит также забывать, что Швеция в этой войне – нейтральная страна.

– Полностью согласен. Только никто моего мнения на этот счет не спрашивал. Приказ был короткий – Магнус Фредерик Хольм подлежит немедленной ликвидации.

– Послушайте, Корней Ильич, – голос Ардашева смягчился, – раз уж вы сумели расшифровать мои телеграммы, то вам известно имя агента, завербованного еще покойным Раппом, так?

– Глупо отрицать очевидное. Это Риза Тихрани.

– Надеюсь, мне не придется вас убеждать в том, что только наше ведомство может иметь с ним дело. Вы согласны?

Полковник разгладил усы, прокашлялся, отвел глаза в сторону и спросил:

– А может, все-таки по коньячку?

– Что ж, не возражаю.

Ардашев позвонил в колокольчик. Тотчас же возник лакей. Получив указание, он исчез в дверном проеме.

– Видите ли, в чем дело, Клим Пантелеевич, я, как профессионалист, вас прекрасно понимаю. Да и правила вербовки в данном случае на вашей стороне: не стоит агента сбивать с толку. Но есть одно «но». Мои люди рисковали жизнью, и потому мы бы хотели иметь возможность знакомиться со сведениями, полученными из этого источника.

– В таком случае он будет подвергнут двойному риску. Вероятность утечки информации, а значит, и провала, вырастает как минимум в два раза.

– Пожалуй. Так ведь и сейчас он не гарантирован от раскрытия. Бумаги Раппа, по всей видимости, находятся в шведском консульстве. И нам с вами остается только уповать на Господа. Через несколько дней прибудет новый консул. И кто знает, как он себя поведет. А если они все-таки догадаются сличить почерки? Что тогда?

Статский советник задумался на миг, а потом сказал:

– Спасти агента от провала может второй информатор, если он вовремя нас предупредит. У вас такой человек есть?

Неожиданно возник Ферох, и собеседники замолчали. Лакей поставил на стол коньяк, закуски и удалился.

Закусив лимоном, он крякнул от удовольствия и закурил.

– Завтра, я надеюсь, такой источник появится. Есть у меня подозреньице в отношении обожаемой всеми госпожи Ренни. Матерьялец кой-какой я на нее собрал. Правда, не бесспорный, но все же… По всему выходит, что она оказывает услуги немцам. Правда, точных доказательств у меня нет, но попробую взять ее на арапа. Я намекнул ей, что мне кое-что известно на этот счет. Но посмотрим. – Он выпустил дымную струю и хвастливо выговорил: – Я дал этой особе сутки на размышление. Она поразмыслила и соблаговолила назначить мне встречу на завтра. И где бы вы думали?

– Берите выше! На башне Шемс-эль-Эмаре! Сегодня в полночь! Представляете, какова штучка? А? Но ведь согласилась! А могла бы и послать… куда подальше.