Полчаса назад ты сам подумать даже не мог, что твой шеф за тебя твоей судьбой распорядился. А относительно выезда из города — не волнуйся, обеспечим выезд.

— Просекаю я вашу задумку — на живца, значит, собираетесь ловить, — Юлин мрачно смотрел перед собой. — Я, получается, вроде как приманка.

— Чуть больше месяца назад одного человека — тоже помимо его воли — использовали в том же качестве. И этот человек очень хорошо сейчас устроился, между прочим. Так что у тебя есть шанс деяния и судьбу того человека повторить. Ведь выхода другого у тебя все равно не остается.

— Что верно, то верно, — с каким-то мрачным весельем произнес Юлин. — Выхода у меня не остается.

Едва «Вольво” Юлина проехал мимо большого стального щита, размещенного на двух бетонных столбах и отмечающего черту города, как Ненашев услышал в приемнике:

— Владимир Викторович, не соврал-таки Спортсмен, точно в эту степь направился, Что делать? За ним, что ли двигать?

— Не только двигать, — проскрипело в ответ. — Точку надо ставить. На месте. Это и хорошо, что он так далеко собрался. Ты меня понимаешь?

— Я-то понимаю. В смысле того понимаю, что с ним делать, когда он окажется... на месте. А вдруг как он дальше намылился? Что тогда делать?

— Мне, что ли тебя учить, старина? Действуй по обстановке, но точку поставить очень желательно.

Они и не сразу засекли «Волгу» Орлова — только тогда, когда тот вывел ее на трассу чуть не перед самым их носом, перед капотом «Шевроле» — Марушкин продолжал баловать друзей.

Что же, план удался как нельзя лучше. На всех других выездах из города наверняка тоже стояли люди Мудрова, но на этом, где Юлин должен был появиться вероятнее всего (а чего ему врать? Предупредил шефа и поехал с чистой совестью), Мудров поставил самого мудрого человека Трофимыча.

Сейчас Орлов был так близко от них, что Ненашев и Бирюков, сидевшие на переднем сиденье, всерьез струхнули — как бы не заподозрил чего Трофимыч, физиономии-то ему наверняка знакомы, даром что они темные очки нацепили. Клюева с его запоминающимися, «корниловскими» усами вообще заслали на заднее сиденье — не самая худшая альтернатива срезанию «корниловских» усов.

Но Орлов на «Шевроле» никак не отреагировал, ему важно было не упустить светлый «Вольво», слишком уж резво уходивший по крайнему левому ряду.

— Спортсмен, — сказал Бирюков, наклонившись к микрофону. Орлов появился. Следует за тобой метрах в двухстах. Сейчас пытается перестроиться в твой ряд. Перестроился. Будь повнимательнее.

Они уже покинули удобную автостраду и теперь ехали по шоссе с растрескавшимся там и сям асфальтовым покрытием, со свежими, коряво поставленными латками, где асфальт почему-то больше всего размягчался от кинжальных солнечных лучей.

— Слушай, — Бирюков опять вызвал на связь Юлина.