Нет, если бы во времена юности Орлова какая-нибудь деваха появилась бы на пляже в таких, с позволения сказать, трусах, то самое настоящее столпотворение началось бы, массовые беспорядки.

Ага, объект раздеваться начинает. Все идет, как по-писанному. Просто идеальные условия.

Еще раз взглянуть влево и вправо. Никого. Орлов расчехлил продолговатый предмет. Теперь в руках его оказалась короткая, казавшаяся тупорылой из-за стационарного глушителя во всю длину ствола, винтовка с оптическим прицелом.

Спешить некуда. Орлов устроился за густой листвой, осторожно поднял винтовку. Нельзя хоть чуть-чуть высовываться. На безлюдном пространстве вдоль кромки воды всякое движение, всякое живое, существо приковывает к себе взгляд. Он будет виден с противоположного берега так же отчетливо, как и сам сейчас видит людей, расположившихся за широкой полосой воды на песочке. Две девчонки, парень с ними.

Мощная оптика приблизила лицо приподнявшейся с песка девушки. Она что-то говорила, хмуро, недовольно выговаривала то ли подружке своей, то ли парню. Та-ак, хватит сиськами любоваться, поехали влево.

Объект тоже разделся. Самец, что и говорить. Мощен, широкоплеч, грудь волосатая, живот мускулистый, без капельки жира.

Пожалуй, сейчас самый момент. Хорошо бы, конечно, в затылок щелкнуть, когда он из воды выходить будет. Орлову нравилось поражать жертву в затылок. Совсем недавно он сделал это очень удачно, получив наслаждение, которое недоступно большинству так называемых средних людей. Он убил с гораздо большего расстояния, из совершенно беззвучного оружия, грозного оружия средневековья.

Но до того, как этот объект из воды выйдет, много времени может пройти. Кого-нибудь черти на этот берег принесут или еще что-то непредвиденное случится.

Можно в грудь, вот сюда, в ложбинку между рельефных мышц. Нет, в таком случае надо не меньше двух раз стрелять, чтобы уж наверняка. Хрен его знает, где у него сердце.

Надежнее всего в лоб. Вот он, лобешник. Опустим крестик со лба, остановим на подбородке, выдохнем и, не спеша, неглубоко вдыхая, поведем крестик вверх...

Что-то с силой ударило сбоку по винтовке, так, что Орлов едва не выпустил винтовку из рук. Он не мог понять, что же, собственно произошло. Орлов удивленно поглядел на винтовку: глубокая рваная дыра зияла в деревянном ложе. В него стреляли?!

Уже начиная поворачивать голову влево, Орлов понимал, что делает это слишком поздно.

Человек в синих джинсах и такой же джинсовой рубашке стоял метрах в пятнадцати от Орлова, невесть когда и невесть как появившись из-за густого ивняка. В руке человек держал пистолет. С глушителем. Вот почему выстрел не был слышен.

— Пушку отбрось вправо, Трофимыч! — приказал человек, и Орлов сразу узнал его.