Мало-мальски успокоившись, Верка спросила вдруг:

– Ты сказала, что тебе Самарина сообщила? Вы что с ней общаетесь тоже?

В общем, я рассказала Филе, как встретила тогда на улице Шаламова, как он меня привел к «лучшему адвокату». Рассказала и про Извекова, и про Димку. Филя слушала меня, округлив глаза и не перебивая, только пришептывая время от времени: боже ничего себе! Какой кошмар! С ума сойти!

– И что? Эта Самарина и правда классный адвокат?

– Ещё бы! Она вообще невероятно крута. Этот Руслан сначала заявил, что ему всё по барабану. Мол, он сам нас размажет. Написал на меня встречное заявление. Ну, что я украла у него деньги. Про Димку сказал, что тот сам к ним в машину сел. Добровольно. А его ушибы – ерунда. И грабеж – вообще бред. А вот против меня куча свидетелей. Вся клиника, считай. В общем, очень нагло себя вел. А Самарина сначала прижучила Олесю, и та его сдала с потрохами. Потом вообще рассудила, мол, слишком уж он обнаглевший. Словно привык к безнаказанности. Мол, если бы у него это был единичный случай, то он бы держался иначе. Ну и раскопала пару подобных моментов. Там, правда, до открытого шантажа и подстав не дошло, потому что девушки сразу же согласились на интим из опасений.

– Офигеть! – выдохнула Верка.

– Да! Но Самарина и на этом не остановилась. Перетряхнула все его деловые контракты и контакты. Всё, что можно. Хотя не должна была по идее. Просто следак там у нас был такой сначала фу… развалил бы дело намеренно и всё. Но она и следака пробила как-то. И подала заявление на его отвод. Обосновала всё. Короче, нам его поменяли. Второй вот нормальный вроде, только ленивый. Она его вечно тормошила, поторапливала…

– А ещё, представляешь, нашла человека, которого когда-то прессовал Руслан со своими мордоворотами из ЧОПа. Чтобы тот продал им квартиру в центре.

– Нафига ему квартира?

– Ну, это еще несколько лет назад было. Руслан половину первого этажа тогда выкупил в сталинском доме. И вот там как раз наша клиника теперь. Ну, то есть, его клиника. Только дед этот… а он старенький, пенсионер уже… никак не хотел ему продавать. Дорожил ею. Типа, всё родное, сам там вырос, детей вырастил, жену похоронил. И Руслан с дружками завез его на какой-то склад за городом. Ну и истязали там бедного старичка. Держали несколько дней, пока тот не подписал всё, что нужно. Теперь он в доме престарелых. Представляешь? Жалко так его было…

– Ну и урод этот Руслан… – покачала головой Верка.

– Не то слово! В общем, всё так завертелось… Руслан, короче, уже совсем по-другому запел. Почувствовал, что запахло жареным. Отец его подключился. Он и к Димке приезжал, просил забрать заявление. И на Самарину давил, и на следователя… второго. Говорил, типа, давайте урегулируем. Мы компенсируем всё.