Также встречались и женщины, большей частью в темных платьях, закутанные с головы до ног в белые кружевные шали. Слышались громкие голоса, восклицания, иногда доносились звуки песен, но Марианна обратила внимание на многочисленных солдат и с досадой сделала заключение, что, видимо, великая герцогиня Элиза избрала своей резиденцией на луккское лето ту роскошную виллу Марлио, о которой ей говорил Аркадиус. Если известие о затеянном «лечении» певицы Марии-Стэллы дойдет до нее, Марианну может ожидать нежелательное приглашение, идущее вразрез не только с замыслами ее крестного, но и с ее собственными планами.
По-прежнему окруженная крикливой детворой, карета выехала из улицы и рысью пересекла большую, красивую, обсаженную деревьями площадь со статуей Наполеона в центре, затем другую, поменьше, соединявшуюся с первой, и оказалась наконец перед великолепной римской церковью, чей легкий фасад с тремя рядами тонких колонок смягчал строгость мощной зубчатой колокольни.
– Вот и ваша церквушка, – объявил Гракх, – хотел бы я знать, чего это называют собором? Нет тут никакого собора.
– Я объясню тебе позже. Ищи гостиницу.
– А чего ее искать. Вот она, ей-богу!.. Ее только и видно!
Расположенная под углом к прелестному дворцу времен Ренессанса, выглядывавшему из-за пышно разросшегося сада, гостиница «Дель Дуомо» выставляла напоказ свои ярко освещенные изнутри окна с решетками и широкий вход с вывеской под увитой жимолостью аркой.
– Похоже, что здесь много посетителей! – прошептала Марианна.
Действительно, у входа несколько солдат держали под уздцы оседланных лошадей.
– Наверно, целый полк завернул сюда по дороге, – пробурчал Гракх. – Что будем делать?
– А ты как думаешь? – нетерпеливо спросила Марианна. – Въезжай! Не можем же мы провести ночь в карете только из-за того, что в гостинице много посетителей.
Как и подобает послушному слуге, Гракх, не рискнув спросить, кто этот таинственный заказчик, проехал под аркой и с важным видом остановил разгоряченную упряжку во внутреннем дворе. Словно по мановению волшебной палочки, откуда ни возьмись появились слуги и конюхи, а из дверей с большим фонарем в руке вышел хозяин гостиницы, поспешивший, насколько это позволяло его брюшко, с непрерывными поклонами к элегантному экипажу.

















Комментарии
Добавить комментарий