Тася обнимала мужчину, отвечала на поцелуи, расстегивала пуговицы на его рубашке, помогала ему стянуть с нее платье и не чувствовала ничего.

Ничего кроме стеснения, неловкости, ощущения неправильности происходящего.

Наверное, Равендорф был прав. Им нужно время. Чтобы приглядеться, привыкнуть друг к другу и к мысли, что у них будет секс.

Но то, что происходило сейчас, казалось почти насилием. Тем более извращенным, что никто не принуждал ее отдаваться этому мужчине.

Возможно, если бы он связал ее, все было бы проще.

Эта мысль огорошила и оглушила. Но что еще хуже — она возбудила. Больше, чем возбуждали поцелуи.

«Связал»? Неужели она действительно этого хочет?! Хочет принуждения?! Но тогда получается, что все, о чем говорил Раум, было правдой?

Почувствовав ее смятение, мужчина остановился.

— Что такое, Таисия?

Свет ночника обрисовывал контуры его тела — мощного, красивого, с рельефной мускулатурой. Нити шрамов ничуть не портили его, скорее, добавляли привлекательности.

— Ничего, — Тася глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя. — Откуда эти шрамы? — она провела пальцем по самому широкому, на груди.

— В основном — наследие войны за Освобождение.

— Да, на стороне Императора. А этот, — по его губам промелькнула мягкая улыбка, когда пальчики Таси скользнули ниже и погладили косую отметину на боку, — оставил Увалл ди Вине.

Тася замерла. Случайные оговорки, намеки, слова Императора — все внезапно сложилось в единую стройную картину.

— Вы Адский Охотник?! — прошептала она немеющими губами.

— Не я один. Нас целый отряд. Особый отдел в секретной службе Императора. Только анхелос способны справиться с демоном.

Вспыхнула рукоять меча в груди, словно подтверждая его слова.

— И вы убили их?! Всех ди Вине: женщин, детей?

— Не я один, — повторил он. — Но да, я тоже. Так было нужно, Таисия. Анхелос поднимает анам только за то дело, которое считает правым. Империи нужна власть клана Астар. Убить всех ди Вине было меньшим злом.

Она содрогнулась. Желание, и без того эфемерное, ушло окончательно. Спать с убийцей, лишившим Мэла всех родственников по материнской линии, Тася не была готова.

— Простите. Я не могу так…

На мгновение она испугалась, что ее «нет» не станет преградой. Не теперь, когда она сама затащила его в спальню и почти соблазнила. Но Равендорф только усмехнулся и потянулся за рубашкой.

— Понимаю. Останешься на ночь? У меня три гостевые комнаты.

— Мне кажется, это не очень хорошая идея.

— Ладно. Тогда одевайся. Я отвезу тебя в академию.

Ощущая неловкость и неуместное чувство вины, она натянула платье. Спустилась по лестнице, мысленно надеясь, что не встретит экономку.

Повезло. Похоже, женщина уже легла спать.

— Я могу вызвать такси, — предложила Тася.