А потом принял решение (к этому его профессионально подтолкнули папины сотрудники), как он сам говорил, совершить «инспекторскую проверку», в том числе посетить и наш пострадавший музей, выйти на прямой контакт с преступной группой Славского.

И кстати, его агент Рудик тоже попался со всей компанией. Правда, когда его задерживали, он попытался «качать права»:

– Который есть гражданин Германии – руки прочь!

На что омоновский боец добродушно ему ответил:

– Ты, немецкий фриц, сначала свои ручки давай, – и защелкнул наручники.

Вообще этот Корольков свое преступное дело здорово развернул. Папа нам сказал, что на том самом острове он устроил целый склад украденных исторических и художественных ценностей. Там были даже личные вещи наших великих людей. И я вдруг понял, что на том частном острове мы тогда побывали далеко не случайно…

От размышлений меня отвлек веселый смех родных, и я поспешил к ним. Смеялась даже Грета – блестящими зубами и сияющими глазами.

Оказалось, что Алешка, когда мама раздумывала, чем бы отблагодарить тетю Зину, ляпнул:

– Нужно устроить ее личную жизнь. Замуж отдать. За деда Строганова. Он богатый и хозяйственный. Тетя Зина будет ему пироги печь и учить виноград ножичком чистить.

Но это еще не все. Высказывая свои дикие, но симпатичные мысли, он тем временем аккуратно заворачивал в папину газету бывшую мамину разделочную доску.

У этой доски непростая судьба. Мама ее искромсала, Лешка заляпал краской, а потом сделал из нее кормушку для синичек. Сейчас он ее снял, потому что с нашим отъездом семечки сыпать будет некому, и зачем-то старательно упаковывал.

– И что это будет? – с интересом спросила мама.

– Это будет мой дар Галдарее абстрактной живописи. Автопортрет Славского.

Мама хмыкнула, папа захохотал. А ведь улетный дар: блямбы красок и блямбы птичек. Фу! В духе времени и стиля.

– Ты туда еще мышку заверни, – посоветовал я.

– Обойдутся. Вороне без нее скучно будет.

– А насчет подарка тете Зине, – сказал папа, – есть предложение. Один мой сотрудник решил обучаться игре на гитаре. Жена все это обучение долго терпела, а потом выбросила гитару в окно двенадцатого этажа. А футляр остался.

– Клево! – согласился Алешка.

…История эта подходит к концу. С нашей помощью Интерполу удалось раскрыть и обезвредить опасную международную преступную группировку, вернуть очень многие похищенные шедевры их законным хозяевам.

Папа получил благодарность в приказе и два билета в Большой театр на балет. Или на оперу. Жуликов во главе с Корольковым отдали под суд. Дед Строганов ушел от ответственности. Ему присудили штраф, но от штрафа освободили. Потому что он пенсионер и ветеран труда. А о картинах ничего не знал. Соврал, конечно.