Алешка, после того как нашел картины в любимом гробу деда Строганова, в самом деле все время их перепрятывал. И тетя Зина, когда пришла к нам прибраться, обнаружила клад в нашем угловом шкафчике, где у мамы хранились грабли и половая щетка. Это место показалось тете Зине не очень надежным, и она уложила картины в контрабасовый футляр. Вообще-то могла бы и в полицию отнести. Впрочем, и мы тоже. Но уж очень не хотелось помогать майору Злобину.

Накануне отъезда мы всей нашей дружной семьей мирно сидели на крылечке. Приходили в себя после всех исторических событий. Папа что-то черкал у себя в блокноте, Гретка старательно грызла палочку, Алешка пытался эту палочку у нее отобрать, а мама, проводив глазами сорвавшийся с березы желтый лист, с задумчивой грустью сказала:

– Вот и осень на пороге – миновало еще одно лето. Скоро начнутся дожди, птички соберутся в теплые страны. Аисты улетят. Каждую осень улетают. И что им там надо, в этой Африке?

– Они туда детей носят, – со знанием дела объяснил Алешка.

– А оттуда бананы? – хмыкнул папа.

– Обдуванчики, – хмыкнул в ответ Алешка.

– А давайте напоследок, – предложила мама, – полаем все вместе по-английски.

И они так залились звонким собачьим лаем, что с ближней березы листья посыпались градом, а за рекой, в Пеньках, с завистью отозвались местные собаки.

…Пока моя семья дружно лаяла, я думал, вспоминал. Мне хотелось, чтобы вся эта история как-то улеглась в памяти. От своего начала до своего конца…

Когда Славский увидел работы Истомина, его озарила подлая идея. Созрел план – заменить подлинники копиями студента. Дед Строганов снял размеры рамок и сделал точно такие же, в них Славский вставил работы Истомина. Жулики выбрали время и заменили картины, которые Виталик вынес из подвала профессора – для этого Славский и устроил его в дом Вознесенского. Старые рамки дед с помощью Виталика сжег темной ночью у нас на глазах. Поверх украденных картин Славский намалевал свои треугольные сюжеты, а Рыжий Рудик подготовил их вывоз за границу.

Славский, которым уже интересовались наши правохранительные органы, на время спрятался, уложив картины в один из гробов мастера Строганова, где их и разыскал мой младший брат и двадцать раз перепрятывал с места на место, пока их не нашла тетя Зина – добрая ведьма.

И еще я думал о том, как неожиданно и странно переплетаются совершенно разные события. Ведь этот Вадим Петрович Корольков, с острова которого нас обстрелял охранник, был главным организатором похищения предметов искусства из нашей страны для продажи частным коллекционерам. Папа «вычислил» его в Германии, разузнал оперативным путем его планы и сорвал их.

Сначала Корольков руководил всей этой аферой из Германии, рассылал своих агентов и принимал их сообщения.