– Значит, Эд напрасно сейчас разоряется. Хакарк уже все решил и не отступит.

– И любого, кто пойдет против его решения, накажет. Не простит, – закончила мысль рабыня. А потом перевела хитрый взгляд на меня: – Если только это не женщина, которую он полюбил.

Снова две пары глаз смотрят на меня, словно намекая на что-то важное.

– Я не понимаю, – мотнула головой, сонно зевая. – Чего вы хотите?

Леди Габриэлла взглянула на Фриду, заломив правую бровь. Та тяжело вздохнула и проговорила, завораживая меня своими черными глазищами:

– Заключить договор с Буревестником на открытие прохода к замку Старцев может только наследник правителей, носитель древней крови. И если причина, по которой он просит начать Великий Суд, покажется недостаточно веской, инициатора казнят на месте.

– У Хакарка веская причина, – насупилась я. – Он выступит от лица своего народа, желая избавить нас от войны и разобраться в делах заговорщиков, сеющих смерть и раздор.

– Как раз насчет причины мы не переживаем, – вмешалась леди Габриэлла. – Каждый из нас в той или иной мере уже пострадал от рук предателей, пытающихся учинить мировой переворот, изменить привычный порядок вещей. Хакарк идет на заклание за нас всех. И, зная его звериную суть…

– Его могут отправить в ссылку, – подтвердила я, вспоминая слова шардигара.

– Не просто в ссылку, дорогая. Скорее всего, его оставят за гранью, в землях Старцев. Потому что волку не место среди людей.

– Волку?! – взвилась я. – Тогда как назвать мою тетку, много лет травившую мать и нерожденных ею детей?! Как назвать Раена?! Все знают о его распущенности, о его зверствах, но никто не предпринимает никаких мер!

Леди Эйдинбергская открыла было рот, чтобы возразить, но, встретившись взглядом с Фридой, передумала и даже как-то сникла, проговорив совсем иное:

– Никто не хочет развязывать войну и нести ответственность за ее последствия. Вы слишком юны, чтобы осознавать, какая ответственность лежит на наших плечах. Даже понимая, что некоторые правители переступают черту, мы склонны не замечать этого ради избежания большего зла. И я не собираюсь за это извиняться.

– Так зачем вы пришли? – спросила зло, кутаясь в одеяло и бросая недовольные взгляды на выход. – Предупредить меня о том, что мы с Хакарком вынуждены будем остаться за гранью?

– Вы? Вместе? – удивилась леди Эйдинбергская. – Нет. Он не допустит подобного. Заключивший договор может попросить исполнения одного желания. Любого. И его исполнят. Хакарк уже озвучил свое Эду. Ты не пойдешь с ним за грань. Там не выжить без магии.

– Что вы говорите? Зачем эта ложь?!

– Нет-нет. – Я замотала головой, зажмурилась. – Мы все решили. Вы не понимаете…

– Дарна, – прервала меня Фрида, – Хакарк вот-вот отправится заключать договор.