Но мама всегда убирала лекарства далеко. Прятала от него. Боялась, что он достанет. А в тот раз… она решила, что я просто забыла убрать пузырек с морфием в шкаф. Мама думала, что это случайность. - Светлана посмотрела на нее взглядом, в котором не было и толики сомнения и договорила: - Но нет, Надюша, это была не случайность. Я оставила таблетки на прикроватном столике, потом поцеловала отца в лоб и закрыла за собою дверь.

Светлана замолчала, и в комнате надолго повисла тишина.

Много позже Надя, будто опомнившись, кивнула. Хотя, по правде сказать, она теперь жалела, что спросила. Ей почему-то казалось, что, ежели сестра признается, то это все изменит в их жизни. Но нет, ничего нового Надя вовсе не чувствовала: все так же до кома в горле ей было жаль папеньку, все так же она до слез злилась на маменьку и Светлану. На маменьку - оттого, что не сказала правду, а на Светлану - оттого, что решила все единолично.

Новыми были разве что вопросы, родившиеся тотчас после Светланиного рассказа. Правильным ли было то решение сестры? И еще один, который виделся Наде самым главным: зачем сестра это сделала? Ведь до сих пор видно, насколько больно было Светлане принимать то решение и брать всю ответственность на себя. Так зачем?

А Светлана снова поднялась.

- Нам все же нужно поспать. Я позову к тебе Алёну, чтоб помогла раздеться.

На этот раз она успела дойти до двери.

- Светлана, - окликнула ее Надя несмело, - пока ты была в Ермолино, меня навестил Григорий Романович… Грегор. Он сделал мне предложение.

Светлана замерла у двери, но ничего не спросила.

- Я решила, что отвечу ему согласием, - сама добавила Надя.

Тогда только Светлана обернулась с возросшим вдруг интересом:

- Ты и впрямь любишь его? Надюша, милая, если ты из-за меня, из-за того, что я сказала тогда…

- Нет-нет, Светлана, - перебила Надя, - это вовсе не из-за тебя. Я знаю, что ты не стала бы силой отдавать меня замуж. Думаю, что да, я его люблю. Стоило мне понять это раньше.

Желая убедить сестру, Надя смущенно улыбнулась и тотчас опустила глаза в пол, как сделали бы это героини ее любимых романов, сообщая родственникам судьбоносную новость. А потом снова тайком поглядела на сестру.

- Вот как… - рассеянно произнесла Светлана. Надя видела, как придирчиво она ее рассматривает, желая отыскать фальшь, но, видимо, не нашла и тогда улыбнулась тоже - вполне искреннее. - Если так, то я рада за тебя, Надюша.

А потом спохватилась и пылко ее обняла:

- Я очень за тебя рада! Грегор хороший человек, на редкость хороший. Ты такая умница, что выбрала именно его… ведь - самое главное - он любит тебя!

- Думаешь? - искренне спросила Надя. И, то ли ей показалось, то ли ее сердце и впрямь дрогнуло.