Значок транспортного средства приближался из-за поворота.

Я вытянул шею, желая не пропустить встречу виртуального с реальным.

Сейчас условный автобус на электронной карте сменится осязаемым автобусом прямо передо мной.

Из-за поворота выкатываются всё новые ТС, и среди них ни одного автобуса.

Снова открываю приложение.

Оказалось, пока я высматривал настоящий автобус, электронный подъехал к моей остановке и затормозил, чтобы высадить и принять пассажиров.

На всякий случай поднимаю глаза и внимательно смотрю прямо перед собой. Не хватало ещё проморгать транспорт, стоящий перед носом.

Я даже сошёл с тротуара на край дорожного полотна и, немного стесняясь, как бы невзначай пошарил рукой в пустом воздухе – ничего похожего на автобус.

Тем временем виртуальный автобус, нагруженный невидимыми пассажирами, которые, очевидно, толклись всё это время рядом со мной отчалил и покатил дальше.

Нечто подобное в наших краях время от времени происходит.

Теперь судят начальство целого театра за спектакль, которого как бы не было.

Помню, начитавшись рецензий, хотел его посмотреть, но не получилось – билеты кончились.

Прокурор утверждает, что спектакля не было, а деньги, на него выделенные, похитил режиссёр на пару с директором.

Довольно любопытная, с философской точки зрения, ситуация.

Напоминает мою с автобусом: официально автобус как бы проехал, а фактически – как бы не очень.

И ведь наверняка найдутся те, кто его собрал на заводе, купил для автопарка, ремонтирует, моет, водит и заправляет.

Я смотрел вслед удаляющемуся невидимке – мне пока рано. Ещё не выписан на меня нужный билетик.

Получив от призрачной дороги столь недвусмысленный намёк, я решил добираться пешком.

Средства передвижения совсем нас развратили – идти минут пятнадцать.

Пока я шагаю по благоустроенному тротуару, между велодорожкой и полосами автомобильного движения, вернёмся в дом.

Не всё же следовать за мной по пятам. В этом повествовании, так и лезущем за жанровую рампу, есть и другие сцены, достойные нашего внимания.

Перед приездом гостей Кисонька решила навести в доме порядок и призвала на помощь богиню.

Они ходили по веранде и гостиной, убирая с глаз лишние предметы, расставляя по местам то, что валялось кое-как, протирая пыль там, где она образовала покров.

Особенностью их совместных действий было то, что осуществляла их одна Кисонька, богиня просто ходила следом и без умолку болтала.

Звуки, которые она издавала, нельзя было назвать разговором в полной мере, это была скорее цепь лирических размышлений вслух.

– А вот здесь я сделаю зону для йоги, – сказала богиня, ожидая, пока Кисонька расправит подушки на диване. – Изображения твоих предков надо будет убрать.