От этих слов я опрокинула бокал с вином. На белоснежной скатерти разлилось пятно. Слуги тут же поспешили убрать, но все взгляды обратились ко мне. Наплевать.

– Какие-то проблемы, Флави? – холодно спросил повелитель, и я почувствовала себя Сабриной. Не знала, что сказать. Он только что втоптал меня в грязь, унизил и при этом ждет улыбки и извинений. А я не могу бросить ему открытый вызов, он на примере мамы показал, как жесток может быть, но и извиняться тоже не хочу.

– Конечно, проблемы, – ответил за меня Сильх. – Именно с ней, а не с Сабриной я целовался на лестнице. Не верю, что тебе не донесли. Свадьбы по твоей указке не будет.

– Нет. Мы не будем смотреть. – Сильх поднялся из-за стола. Сделал это первым, что нарушает все нормы приличий. – Смирись, я не подчиняюсь твоим правилам. У тебя нет надо мной власти. И над Флави тоже. Я заберу ее из этого гадюшника, и ты будешь ее видеть только со мной и только по большим праздникам. А сейчас простите меня, пропал аппетит.

Сильх направился к двери. Наряженные плечи, отрывистые движения. Он на грани, поняла я. Зол и боится взорваться. Наверное, уйти – правильно решение.

– Иди за ним! – приказал повелитель, обращаясь к Сабрине.

Она откинула салфетку и тут же рванула в коридор за Сильхом.

Я тоже хотела встать и уйти. Не было никакого желания оставлять Сильха наедине с ручной змеей, но Повелитель жестко сказал:

– А ты сиди. По тебе соскучилась мать. Поговори с ней. Тебе не часто предоставляется такая возможность. Используй ее. Но если хочешь… можешь, конечно, выбрать его.

Мне стоит доверять Сильху. Если он не сможет противостоять Сабрине сейчас, то как я буду с ним дальше? А вот проигнорировать неприкрытый намек на безопасность мамы я не могла, поэтому осталась. Сабрина для Сильха несет меньшую опасность, чем повелитель для моей мамы.

Признаться, я не ожидал от отца такого хода. Хотя он вполне очевиден. Просто моя свадьба с Сабриной… это нечто выбивающееся не из моей картины мира, а из картины мира повелителя. Сабрина была верной и преданной игрушкой, подаренной мне лет в пятнадцать. Она должна была выполнять мои прихоти и следить за тем, чтобы я вел себя пристойно. Ну и стучать отцу, не без этого. Рыжая была старательной девочкой и многого добилась, но это не сделало ее достойной кандидатурой в невесты принца.

Ее и в боевую академию послали исключительно затем, чтобы не позволить мне отбиться от рук и натворить дел. Были периоды, когда она действительно мне помогала. И я испытывал к ней привязанность. Но никогда речь не шла о любви. Ни с кем не шла. Возможно, потому, что в моем сердце всегда шипом от розы торчала Флави.