Я видела, как он зол из-за поступка отца, и не понимала, как мама может сохранять невозмутимость и медленно пить вино из бокала, невзирая на разворачивающийся вокруг скандал.

Сильх нанес отцу два оскорбления, а ужин еще не начался. Зря мы сюда приехали. Мама все равно пострадала, но теперь, вероятнее всего, пострадаем и мы.

Но принц фейри не зря был принцем. Их сходство с отцом подчеркивали слишком часто. Сильх бежал ото всех аналогий, старательно пытался быть другим, но сейчас решил показать истинное лицо и бросить вызов. И я знала причину: он заявлял свои права на меня. Повелитель это тоже понимал и предусмотрел. Сабрина была здесь не просто так.

Неловкую и гнетущую паузу разрядили слуги, которые принести горячее – молодого поросенка, запеченного в вине, и водрузили в центр стола. Сомелье разлил вино по бокалам, и когда отступил в сторону, разговор продолжился, но совсем не с того места, на котором остановился. Тот раунд повелитель проиграл и перешел в наступление в следующем.

– Вы давно вместе с Сабриной, – начал он, мужественно сделав вид, будто скандала не было.

Сабрина старалась копировать поведение моей мамы, но получалось у нее плохо. Она боялась, и скрыть это у нее не вышло. Вопрос, кого: Сильха или повелителя?

– Мы не вместе. Странно, что она тебе не доложила, – как ни в чем не бывало отозвался Сильх, отрезая себе кусок мяса и отправляя его в рот. – Кстати, передай мои комплименты своему повару. Видимо, он работает лучше, чем твои осведомители.

– У влюбленных бывают размолвки. – Повелитель последовал примеру сына и снял пробу с мяса, а потом запил его вином. Иллюзия светского разговора. От наших семейных ужинов у неподготовленного человека запросто может разыграться несварение.

– У влюбленных – да, – не стал спорить Сильх и посмотрел на девушку. – Я влюблен в тебя, Сабрина?

Она растерялась. Не ожидала от Сильха такого вопроса, потому что ответ на него был слишком очевиден для всех присутствующих.

– Что «ну»? Я хоть когда-нибудь говорил тебе о том, что влюблен? Или, быть может, давал ложную надежду? – поинтересовался принц с ленцой в голосе, пристально разглядывая свою бывшую и заставив ее покрыться пятнами.

– Нет… – опустив глаза, призналась она.

– Мужчины немногословны, – парировал повелитель.

– И тем не менее сказать о любви своей девушке я способен. Сабрина никогда ей не будет. Разговор закончен? – отрезал Сильх.

– Нет. Я только его начал. Завтра ты сделаешь ей предложение. Праздник – прекрасный повод. Зал уже украшен, и твой жест будет смотреться уместно.

В голосе повелителя не предложение и не просьба. Это приказ. Такой, которого ослушаться – значит подписать себе смертный приговор. Такого не ожидал никто. Сабрина – не партия для принца фейри.