Там распоряжение – прибыть с охраной на совещание. И дата – послезавтра. Значит, поторапливаться надо, на коне придется, ибо пешком не успеть. Как командиру батальона Алексею по штату конь положен, вестовой, ординарец, а денщик уже был – Прохор. Оставил за себя поручика Сытина и утром отбыл.

При Алексее – отделение в десять конных егерей, опытных воинов, с кем французскую кампанию прошел, на кого положиться можно. Все при штуцерах, из холодного оружия тесаки в ножнах. За ними явно следили, потому что уже в трех-четырех верстах от лагеря, где по обеим сторонам дороги луг, из леса конные башибузуки показались, десятка два. Алексей назад обернулся, а дорога уже перекрыта десятком всадников. Вперед не прорваться, враг силами превосходит. Ринуться назад – завяжется бой, передняя группа подскачет, окружит. Выбора нет, кроме как бой принять.

– Спешиться, лошадей уложить в круг, самим за конями укрыться.

Был такой способ. Кони егерские к стрельбе привычны, а укрытие за крупом коня хорошее. Коней, правда, жалко, потери будут. Так людей больше жалеть надо. И выбора никакого нет. Завизжали адыги. Один, в бешмете желтом, на стременах приподнялся, клич издал. Похоже – предводитель.

– Стрелять по готовности! – приказал Алексей.

По такому приказу каждый сам себе цель ищет, выцеливает и стреляет, желательно в туловище, а не голову, чтобы наверняка попасть. Захлопали первые выстрелы. Алексей решил сразить предводителя в бешмете. Тот пригнулся в седле, почти все тело прикрыто головой и шеей коня. Но не выдержал, привстал, саблей взмахнул, чтобы своих абреков подбодрить. Алексей момент не упустил, выстрелил. Пуля предводителю в грудь угодила, сразу красное пятно на желтом бешмете появилось. Выронил саблю вождь, на шею коня упал, потом сполз набок и рухнул на землю.

Рядом одиночная пальба идет, но выстрелы один за другим, и заметно тают ряды всадников. Однако долго, мешкотно перезаряжать штуцер, особенно лежа. Досадно Алексею, знакомому с патронами и многозарядным оружием. Сейчас бы пару автоматов, и от всадников одни трупы остались бы. Все же домчались пять-шесть абреков, сабли засверкали. Егеря под удары клинков ружья подставляли. Но абрекам сверху вниз бить удобнее. Вот один егерь упал с рассеченной головой, другой – с ранением в плечо. Грохнул выстрел, кто-то из егерей ухитрился почти в упор пальнуть. На Алексея молодой абрек напал, определив офицера по погонам.

Алексей в опасные игры играть не стал, выстрелил из пистолета с пяти шагов в грудь всаднику. Упал абрек, а на его месте уже другой. Лицо от злобы и ярости перекошено, рот в крике разинут. У Алексея штуцер заряжен, всего секунда нужна, чтобы курок на замке взвести.