Он положил шаль обратно на диван.

– Думаю, если я сейчас отдам ее вам, вы исчезнете, не выполнив условий.

На его лице появилась едва заметная улыбка, которая, как понимала Аманда, не предвещала ничего хорошего. Атмосфера в библиотеке наэлектризовалась его нереализованными желаниями.

– «При тех же условиях», – сказано в вашем объявлении. Я пришла сюда в условленное время. Я выпью шампанского с вами, если пожелаете, и немного побеседую. После чего должна буду удалиться.

– А поцелуй? Вы забыли про поцелуй.

– Да, конечно. И один поцелуй.

– Я вижу, вы опять в брюках…

– По тем же причинам, о которых я уже говорила.

Я приношу свои извинения, если не соответствую вашим вкусам.

– Вовсе нет. Очень пикантно! Они подчеркивают вашу фигуру. Кроме того, уверен, на вас нет корсета. Такой образ весьма привлекателен для меня. – Томным жестом он указал на ее рубашку. – А вот она вам не очень идет – слишком велика…

– По вашему разумению, она не подчеркивает грудь, свободную от корсета.

– А я так пытался быть деликатным. Вы в высшей степени откровенная женщина.

– Настолько откровенная, что могу прямо попросить вас немедленно вернуть шаль.

Только из-за нее я и пришла сюда сегодня.

– Вовсе нет, не только, и мы оба прекрасно знаем это.

Его взгляд как будто приглашал ее к спору, к отрицанию того скандального напряжения, что медленно, но неумолимо нарастало между ними.

– Не буду возражать, – ответила Аманда. – Я пришла также и ради бокала шампанского. Трудно сказать, когда в следующий раз мне доведется его отведать.

Габриэль усмехнулся, взял бутылку и стал откупоривать.

– И так как вы сами сказали, что сегодня вечером практически ничем не рискуете, я склонен настаивать на некоторых из моих условий.

– Вы хотите поставить какие-то новые условия? Это несправедливо.

– Не более несправедливо, чем околдовать меня своим пением и усыпить. Тогда вы несправедливо поступили со мной. Вы бросили мне вызов, а затем добились того, что мой порох отсырел.

Значит, он не только задавался вопросами о ней, еще и во всех подробностях запомнил предыдущий вечер.

– Я не заставляла вас пить. Если вы не смогли выстрелить из своего пистолета, не вините меня.

Он посмотрел на нее скептически, а она ответила взглядом, исполненным негодования.

Герцог немного смягчился.

– Приношу свои извинения. С моей стороны было не слишком достойно подозревать вас в таких намерениях. – Он вновь обратил внимание на бутылку. – На сей раз я принес только одну…

– А как насчет клубники и сливок?

– В следующий раз я приготовлю все, что вы пожелаете. – Он извлек пробку из бутылки. – Знаете, есть мужчины, которые способны делать это с помощью сабли? Когда мне было семнадцать, я попробовал. Пошел в подвал и несколько раз рубанул по горлышкам.