Тишина и покой были не для меня…

— Что у нас? — вызвала я Валева, как только катер взлетел. Второй — сопровождения, даже не садился, прикрывая с воздуха.

Предосторожности. Я начала привыкать к тому, что каждый мой шаг жестко контролировался соответствующими службами.

— Попытка проникновения на территорию энергораспределительного терминала в Дербиши. Четверо убиты, трое — ранены, — доложил он с экрана.

На меня не смотрел, продолжая «держать» данные на поднятых вокруг него внешках.

Прежде чем задать сакраментальный вопрос: а причем тут мы, дала запрос по этому самому Дербиши. Ответ ситуации не прояснил — небольшой наземный космопорт, работавший на комплекс для переработки сельхозпродукции. Единственное, что смутило, внутренний код, под которым значилось производство в реестре. Госзаказ. Военные поставки.

— И причем тут мы? — была вынуждена спросить я.

Николя на миг оторвался от своего занятия… Во взгляде кроме укора ничего не было.

— Хочешь сказать, что засветился кто-то из наших? — нахмурилась я. В списке бегунков, по которым сейчас работали, остались лишь отъявленные негодяи.

— Барберян, — вернувшись к внешкам, подтвердил мое предположение Валев.

— Кто?! — вскинулась я.

Не потому, что забыла, скорее уж наоборот. Слишком многое сразу вспомнилось, слишком многое вернулась, пробившись сквозь стену, которую я воздвигала последние месяцы между собой и собственным прошлым.

Бывший вояка, десантно-штурмовая группа. Под дурью убил нескольких сослуживцев, бежал, прибился к наемничьему легиону. Памятный мне «Фратеко», но в более современном варианте: диком, озверевшем от безнаказанности и не чурающемся значительно более грязных заказов, чем охрана и сопровождение.

В розыске — девять стандартов. До этого случая в Союзе замечен не был, но в других секторах наследил серьезно. Безбашенный, без тормозов.

— Барберян, — без малейшего возмущения повторил Валев. — Взяли по ДНК. Абсолютной уверенности нет, но порог восьмидесяти процентов прошел.

— Принято, — выдохнула я, заставляя себя успокоиться. — Свяжи меня с Балагуром.

Моего заместителя, Шаиля Ханаза, по имени никто не называл. Как появился в сетке его позывной — Балагур, так и приклеился. Шаиль и не спорил. Этот был значительно лучше, чем два, которые идентифицировали его среди тех самых, вновь всплывших наемников.

Первым было Сабен — так в спецподразделениях называли специалистов широкого профиля, вторым — Ловец, за выслеживающую структуру, которая отчетливо фиксировалась в его пластике.

— На связи, — ответил тот буквально через секунду, появившись на втором экране.

— Докладывай, — потребовала я, обойдясь без расшаркиваний.

Наши отношения с ним продолжали оставаться сложными.