Сначала приезжаем домой к учительнице. К счастью, люди Дюжева, правда, не знают ее домашний адрес. Поэтому Мария Федоровна цела и невредима. Не считая ее бледности и слабости. Но болезнью девочки потом займемся.

— Дядя? — удивленно восклицает выбежавшая в коридор малышка с плюшевым слоником в обнимку. — Вы всё-таки нашли маму?

— Конечно, нашел, — улыбаюсь девочке. — А теперь, Мария Федоровна, идите, пожалуйста, собирайте вещи. На неопределенное время вы с мамой переезжаете жить ко мне.

Неожиданно, но малышка совсем не удивляется, а лишь переводит взгляд больших глазок на маму.

— Мама, а господина Слонотопса можно забрать с собой? — поднимает она слоника.

— Да, конечно, — кивает Антонина, которая в свою очередь смотрит на меня и словно бы не верит, тому, что с ней происходит. — Иди, собирайся, заечка.

Пока женщина с ребенком укладывают вещи в чемоданы, я вызваниваю Сергея. Приказываю прислать человека для перевозки поклажи двух сударынь ко мне домой, а сам отправляюсь к этому Дюжеву. Благо адрес подглядел в голове одного из бандюганов возле школы.

Черный бронированный «Майбах» на фоне ландшафтов Южного парка выглядит как премиальный танк. Обычные водилы держатся от нас на расстоянии, многие уступают дорогу от греха подальше. Никитос заворачивает к обшарпанному кирпичному зданию. Водителя оставляю в машине. Сам же поднимаюсь на крыльцо и вхожу внутрь. В холле меня встречают два охранника с физиологией типа «банковский сейф»: такие же массивные, широкие и квадратные. Подобных здоровяков часто берут вышибалами в клубы.

Нахмурившись, здоровяки громыхают ко мне.

Я мельком оглядываю шкафов, выбирая поздоровее.

— Так, ты свали и не отсвечивай, — велю правому, и тот разворачивается и уходит. — А ты бегом в кабинет своего босса и хорошенько вдарь ему в печень, но так чтоб не вырубился.

Громила срывается вверх по лестнице, причем бежит очень быстро, и выглядит это как гиппопотам в галопе. Я же, не торопясь, двигаюсь следом. По пути из разных дверей ко мне выскакивают то один, то другой сообщник Дюжева. Я всех собираю и веду за собой. Заодно практикуюсь в ментальном подчинении толпы. А то расслабился совсем. Десять человек — мой нынешний максимум, и это никуда не годится.

Всего вылезает около пятнадцати. С трудом, но справляюсь. Мужики, как зомби, идут следом за мной. Блин, как же тут прокурено! Вообще Дюжев вроде как контрабандист сигарет. Через теневые компании он поставляет дешевые пакистанские папиросы на отечественные прилавки. Видимо, контрабандисты и сами часто балуются своим товаром. Дешево ведь.

Добираемся до кабинета хозяина этого предприятия. Сам Дюжев лежит на ковре и жадно хватает ртом воздух, сжимая живот.