Вернон не сможет этот узор расшифровать, не по зубам столичному магу заклятие, наложенное тем, другим…

Я не особо разбираюсь в магии, но одно знаю наверняка – Он невероятно сильным был и очень-очень умным. Он знал такое, о чём другие и не догадываются. И это неудивительно – столько лет в поисках, столько усилий, столько труда. А ещё мне точно известно – в моём случае Он не поскупился. Он был слишком зол, чтобы навесить на ошейник нечто простое. Он… Он мстил с размахом.

Когда я только очнулась, сознание застилала боль. Эта боль сводила с ума, не давала мыслить.

Я действительно билась о прутья, действительно пыталась содрать ошейник, но плохо понимала, что делаю. Потом силы кончились, и именно в этот момент я осознала, что не ощущаю свой дар, не могу трансформироваться. И к боли тотчас добавилась паника. Жуткая, всепоглощающая!

Я уже не билась – только выла и дрожала. И в голове набатом гремела мысль: за что?!

А позже, когда стало не так больно, поняла…

Я могла понять и раньше, могла не допустить плена, но мне было всего семнадцать и… я Ему доверяла.

Доверяла по-настоящему! Больше, чем самой себе.

Маленькая наивная дура даже представить не могла, что моё желание уйти и начать самостоятельную жизнь будет воспринято вот так. Даже не догадывалась о том, что Он не намерен отпускать. Ведь Он учил быть независимой, восхищался моими способностями, всегда прислушивался к моему мнению и… Он даже советовался со мной. Он! Со мной!

Рядом с Ним я чувствовала себя сильной. Рядом с Ним я была не сбежавшей из дому глупышкой, а личностью. Смелой, целеустремлённой, готовой рисковать и побеждать.

Рядом с Ним я была… слишком самонадеянной.

А самое ужасное в том, что моя слепота длилась не день и не два… она длилась два года.

Из тяжких мыслей вырвал встревоженный шёпот Дантоса…

– Астра, ты чего дрожишь?

Я невольно дёрнулась, потом подняла голову, одарила блондина хмурым взглядом. Он тоже нахмурился, спросил:

– Тебе больно? – И столько тревоги в голосе.

Я не ответила. Снова положила голову на стол и прикрыла глаза.

Драконье чутьё вопило – мужчина искренен! Но… тому, другому, я тоже доверяла.

И что из этого вышло?"

"Нет, светлость, можешь не утруждаться. Наш с тобой союз – временный. Я помогаю тебе, ты помогаешь мне. Дальше – всё. Разбежались. Как только снимешь с меня ошейник, мы простимся. Поэтому… оставь свою искренность для кого-нибудь другого.

– Знаешь, – вздохнул Дантос, вновь нависая надо мной с увеличительным стеклом, – я всё думаю и никак понять не могу. Леди Жанетт… она же совсем не в моём вкусе. Ты видела её глаза? Они же бледные и какие-то водянистые, что ли.