Во-вторых, ещё одна вероятность ошибки – ведь очень легко обвинить бледную поганку Люсси в покушении, но где вероятность, что именно она зелье подмешала? Нет, я-то знаю, что если что и было, то добавила Люсси – уж слишком эта девица нервничала, но у Дантоса драконьего чутья нет. И третье – глупо нападать на исполнителя раньше, чем будет вычислен заказчик и сообщники. Так что хладнокровие светлости в этой ситуации в самом деле радовало.

Мы миновали коридор, два зала и ступили на лестницу. Дантос, несомненно, вёл в свои покои. Я не возражала.

– Мой основной кабинет в лучшем случае к вечеру в порядок приведут, – на ходу пояснил он. – Так что сегодня на другом столе полежишь.

И снова никаких возражений, только чуточку стыдно стало, потому что сразу про армию из глаэйского стекла вспомнила. Жалко статуэтки, ой как жалко…

– Да бес с ней, с армией, – сказал вдруг Дантос.

Он сказал, а маленький дракон запнулся.

Что-о-о?

– Бес с ней, – повторил блондин. – Не расстраивайся. В конце концов, это всего лишь стекло.

Я уже не спотыкалась, а просто стояла и в оба своих потрясающе красивых янтарных глаза на Дантоса глядела.

Вернее, на его спину, потому что герцог с прежней уверенностью топал по ступенькам и останавливаться точно не собирался.

А потом меня накрыло осознание: Дантос себя не слышал. Так бывает – задашь человеку, погружённому в свои мысли, вопрос, а он ответит и даже не вспомнит, не поймёт, что что-то говорил.

– Астра? – Блондин лишь теперь заметил отсутствие маленького дракона. Остановился, обернулся, нахмурился. – Астра, ты чего встала? Что-то случилось?

Мм-м… предлагаю считать, что нет.

В подтверждение этой мысли я уверенно тряхнула головой и бодро последовала за блондинчиком. Нам же ещё две части узора перерисовывать, а это куда важней, чем всякие… совершенно случайные фразы.

И снова лежу на столе – маленькая, тихая, неподвижная. А светлость, вооружённая магическим увеличительным стеклом, нависает сверху. Разглядывает узор, отодвигается, чтобы запечатлеть очередную линию и вновь вернуться к ошейнику.

Всё происходит до ужаса медленно, но это понятно – рисунок сложный, а ошибаться крайне нежелательно.

От качества схемы зависит скорость расшифровки, вот только…

Наверное, дело в рагу, или в ссоре с Люсси, или… может быть, слишком тесное общение с людьми повлияло? Ведь люди в большинстве своём пессимисты, а пессимизм – штука заразная. А может, во всём виноваты сны, напоминающие о прошлом. Или…

Нет, не знаю. Не знаю, что именно послужило причиной, но я вдруг опять поймала себя на мысли – бесполезно. Всё бесполезно.