Нету их!

Ее «нету» режет слух, но еще больше выводит из себя это непобедимое равнодушие.

А, может, так и надо в медицине, иначе можно сойти с ума от постоянных переживаний.

– Проверьте, – не сдаюсь, – Я не уйду…"

"– Женщина, долго будете очередь задерживать? – вмешивается вторая медсестра, – Вам один раз уже сказали. У нас система, все в компьютере. Если там его нет – значит, нет.

– Тогда позвоните в реанимацию, в хирургию, – начинаю рычать на них, – Куда там у вас везут пострадавших при ДТП. Их привезли сюда! Я точно знаю!

– Женщина!

– Мама! – среди всего этого «ора» раздается один единственный, самый важный для меня голос.

Отворачиваюсь от медсестер, кручу головой и, наконец, ловлю взглядом…

– Ульяна! – кричу на весь первый этаж, заставляя людей оборачиваться в мою сторону.

Пусть смотрят, пусть ворчат – я никого не вижу. Нахожу в себе силы и подбегаю к дочери, чтобы сжать ее в объятиях и разреветься еще сильнее.

– Мамочка, – в ответ плачет Ульяна, а я начинаю то гладить ее по спине, то целовать в макушку и в щеки как умалишенная.

Живая, целая, стоит рядом со мной.

Узел внутри постепенно расслабляется, и мне уже легче дышать.

Прижимаю к себе Ульяну покрепче и утягиваю нас к свободным скамейкам. Туда, где не так много людей и можно поговорить.

– Я чуть не умерла, Уль, – слезы никак не стихают, – Как мне в полицейском участке сказали, что ты с папой попала в аварию…

– С папой? – удивляется она, – Но я в это время была на какой-то заброшенной даче Димы. Я не была в машине с папой.

– Нет? – теперь моя очередь удивляться, – Но полицейский мне сказал, что в машине с папой была молодая девушка…, – осекаюсь.

Ну, конечно.

– Это Мила, – заканчивает за меня Ульяна, – В машине с папой разбилась Мила.

– Мила…

Впервые во мне нет злости на эту девушку. Ни злости, ни желания отомстить за случившееся. Мне вдруг становится все равно на нее.

Главное – Кирилл.

– Да, – глухо произносит Ульяна, – Это все из-за меня, мам?

Резко поворачиваю голову к дочери.

– Даже не смей, – говорю как можно строже, – Не смей себя винить в этом. Слышишь?

– Но если бы не я…, – всхлипывает Ульяна, – Как я могла, мам? Зачем я вообще начала встречаться с этим Димой? Он же… Он такой никчемный. Он тупой. Быдло! Чем я вообще думала?

– Лучше скажи, где папа и как ты здесь оказалась, – перевожу тему, потому что ничего не хочу слышать про этого Диму.

– Папа…, – с тяжелым вздохом тянет Ульяна, – Его привезли на скорой сюда… Вместе с Милой…

– Ты видела его? Разговаривала с врачом? – вопросы сыплются один за другим, – Мне сказали, что его нет в базе.

– Да, – кивает дочь, – Я нашла какого-то врача, и он выяснил, что их только что привезли. Еще не занесли в базу.

И вроде по телу разливается облегчение. Теплое, успокаивающее, но до конца расслабиться я не могу.