— Спасибо, Нина… и Петя, — сказал, оторвавшись от экрана Андрей, — из Японии привезли?

— Ну что ты, — весело отвечал я, — самоделка — сам придумал, сам запрограммировал, сам свинтил. Одни японцы что ли могут новинки выпускать?

Привезти Нину в свою гостиницу я даже и попытки не сделал — отчетливо помнил, какие пуританские нравы были в советском гостиничном бизнесе. Так что сначала мы зарулили на Юго-Запад, ее родственники жили в таком красивом кольце, с красными балконами.

— Их тут три штуки, — просветила она меня по дороге, — таких круглых жилых комплекса, отличаются цветом балконов, синий, зеленый, а наш красный.

— Красиво, — сказал я, — и вид из окон наверно неплохой, если не во двор смотрят.

— Да, и вид классный, особенно с 16-го этажа. Это кооперативы для творческих работников, — продолжила она, — тут сплошные музыканты, художники и писатели живут. В том подъезде, например, Иванов со Жванецким, ну которые из «Вокруг смеха», а в этом Стас Намин, но я его ни разу не видела.

— А твои родственники тоже что ли творческие люди?- спросил я.

— Не, обычные торговые работники, им по блату это жилье досталось, — на этом мы с ней и распрощались, договорившись встретиться завтра на ВДНХ.

— Если что-то пойдет не так и меня задержат, я позвоню родственникам, — пообещал я.

* * *А наутро ровно в девять ноль ноль я стоял в фойе первого корпуса элитной клиники и переминался с ноги на ногу. Сопровождающий товарищ подошел быстро, и пяти минут не прошло.

— Петр Петрович? — сурово оглядел он меня с макушки до пят.

— Так точно, — браво доложил я, одновременно вынимая паспорт.

Он полистал документ, задержался почему-то на странице с пропиской, потом скомандовал идти за ним и мы быстро проследовали через турникет с таким же суровым вахтером.

— Идем в правое крыло на седьмой этаж, там лаборатория психологических исследований, в которой тебя будут зондировать, — сообщил он мне через плечо, себя никак не обозначил при этом.

— В смысле ФГДС внутрь засовывать и колоноскопию делать? — уточнил я.

— Не так уж радикально, — поморщился он, — бесконтактное будет зондирование.

— И сколько времени оно займет? — задал я следующий вопрос.

— От двух часов и до вечера, как пойдет, — неопределенно покрутил он руками.

Но до двери обозначенной лаборатории мне не было суждено дойти, потому что в коридоре седьмого этажа нам встретился один товарищ в белом халате и белой же шапочке, который с ходу запросил у моего сопровождающего без имени:

— Это Балашов?

— Да, это он, — подтвердил тот.

— Его хочет видеть генеральный, — продолжил этот товарищ в шапочке.