Марка значила много, давала большие преимущества, при этом стоила не так уж дорого.

Идея акционерам и сотрудникам понравилась. Она даже самому Петру Борисовичу понравилась, хотя родилась всего лишь как легенда прикрытия и принадлежала Зубову. А он, по мнению Кольта, в бизнесе ничего не смыслил."

"Вскоре после пожара в Интернете появилась информация о том, что в Германии, на острове Зюльт, сгорела лаборатория, в которой проводились исследования, спонсируемые российским нефтяным магнатом Петром Кольтом. Тут же один из популярных таблоидов выдал сенсацию, будто пожар устроил потенциальный конкурент Петра Борисовича, разорившийся фармацевт Брюзгалинд, на которого как раз недавно было заведено уголовное дело в связи с торговлей поддельными лекарствами.

– Не исключено, что это работа наших друзей имхотепов, – заявил Агапкин, наткнувшись на таблоидную байку, – они заметают следы. К тому же весьма выгодно натравить на тебя фармацевта Брюзгалинда. Он хоть и под следствием, а все равно силен, связи у него обширные, методы совершенно бандитские.

– Брось, – отмахнулся Кольт, – таблоиды никто из серьезных людей не читает.

– Тут написано, что версию о намеренном поджоге высказал твой представитель, не пожелавший назвать свое имя. Спорим, Брюзгалинд уже знает?

Старик позвонил не вовремя. Утром Кольт всегда был нервный и мрачный, а сейчас тем более. Он ехал в свой офис, ему предстояло важное совещание, он должен был просмотреть в машине кучу бумаг. Он опаздывал и, разумеется, застрял в пробке.

– Не буду я с тобой спорить, отстань, пожалуйста, – сказал он старику, – заскочу к тебе вечером, поговорим.

– Вечером ты в любом случае должен явиться, – не унимался Агапкин, – а спорить со мной действительно нет смысла.

Я прав как всегда. Вот, появилось интервью Брюзгалинда, ему задают вопрос: что он думает о пожаре лаборатории на острове Зюльт и какие у него отношения с господином Кольтом. Заметь, интервью печатает уже не таблоид, а вполне солидная газета. Тираж пять миллионов.

– Ладно, хватит. Тебе вредно сидеть в Интернете! Все, пока. До вечера. – Кольт нажал отбой, но телефон мгновенно опять зазвонил, и скрипучий противный голосок произнес как ни в чем не бывало:

– Разумеется, Брюзгалинд отвечает, что впервые об этом слышит.

Но он явно нервничает, хамит корреспонденту. Зернышко упало в благодатную почву. Росток взойдет скоро. Уверяю тебя, это будет не фиалка и даже не терновый куст. Гигантское могучее древо со сложной, глубоко разветвленной корневой системой. Дуб. Баобаб ненависти.

– Ничего, я найму лесорубов, – буркнул Кольт.

Как только он вошел в свою приемную, секретарша сказала, что звонит господин Краузе, глава юридического отдела фирмы «Генцлер», звонит прямо сейчас, сию минуту.