Пока я забалтывал её всякой ерундой в машине, чтобы снять напряжение, моё сердце было готово проломить рёбра в груди.

Пока я ждал её в боксе в каком-то дурацком прикиде, заставил себя собраться. В конце концов, это Юле нужна моя поддержка, а не наоборот. И первое время всё шло хорошо. Она ходила по палате, спокойно разговаривала со мной, правильно дышала во время схваток, которые становились всё интенсивнее, но вскоре она уже могла только лежать и скрипеть зубами от боли. Меня буквально разрывало от паники и переживаний, глядя на неё такую. С каждым разом её рука сжимала мою всё крепче и дольше, а я безумно хотел чтобы моей женщине стало хоть капельку легче. Я несколько раз предлагал ей сделать обезболивающее, но она, в отличии от меня, в первую очередь думала о ребёнке, а не о себе. Моя маленькая Юля мужественно терпела всё, и не боялась. Я же, признаюсь, с каждым заходом медперсонала, которые её проверяли, хотел заорать на них: «Ну сделайте уже что-нибудь! Хватит её мучать!» Но прикусывал язык до крови и не давал волю эмоциям, напоминая себе, для чего я здесь.

Не зря Наталья Николаевна давала мне наставления перед самими родами. Видимо случаи в практике у них были разнообразные. Но я не собирался смотреть, что они там делают под синими простынями, и уж тем более учить их работать. Мне просто было важно быть рядом с Юлей. Тем не менее, когда она кричала, покрываясь испариной, меня накрывало так, что хотелось кого-то убить.

— Поздравляю, у вас девочка! — произнесла акушерка сквозь громкий детский плач, удерживая красную кроху в ладонях. — Папа, идёмте знакомиться!

Девочка?! Недоверчиво нахмурился и шагнул к тётке. Ухмыльнулся про себя, глядя на то место, которое эта малышка от нас искусно прятала на узи. И правда девчонка, Юлька и тут меня обскакала! А страшненькая какая: опухшая, краснющая, со слепленными веками, и с вытянутой яйцом головой. У меня вроде ровная, да и у мамы нашей тоже.

— Головки у них всегда такие после естественных родов, — видимо акушерка мои мысли читала. — Потом округляются.

Но я не смотрел на неё. В этот момент на моих глазах произошло чудо. Малявка открыла глазик, затем хлопнула вторым — и мы встретились взглядами. Её блуждающий и мой шокированный. Я не знаю, что там видят новорожденные в первые минуты своей жизни, но для меня этот момент навсегда останется в моей памяти. Первым, кого увидела моя дочь — был я."

"Позже, когда с мамой и дочкой завершили все необходимые процедуры, нас оставили втроём на некоторое время. Я держал на руках наше маленькое сокровище и не мог оторвать взгляда. А может и не страшненькая вовсе, хоть и опухшая. Вон как забавно фырчит крохотным носиком!

— Дай её мне, пожалуйста, — слабо попросила Юля.

Опустился к ней, осторожно передавая запеленованную кроху.