Его называли «Иваном Грозным» советской культуры. Неуёмным, неукротимо энергичным. Иван Пырьев не только снимал фильмы, бившие рекорды популярности, но и создавал стиль советской жизни, в которой традиции старой России сочетались с верой в социализм и прогресс. Оптимистический настрой тех картин задавал тон для всей страны. Не менее интересен Пырьев как первый интерпретатор наследия Достоевского в кино. И при этом он имел свою точку зрения по каждому вопросу и отстаивал ее. Всё это есть в книге, которую вы держите в руках.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

© ООО «Издательство Родина», 2023

Коренной сибиряк, Иван Пырьев всю жизнь гордился своим «крепким» происхождением и верил, что выходцев из этого сурового края невозможно ни победить, ни сломать.

И до, и после войны в советской кинокомедии безраздельно царствовали два кудесника, два антипода. Западник, поклонник джаз и голливудского размаха Григорий Александров и почвенник, создатель веселых колхозных и красноармейских кинополотен Пырьев. Их многое объединяло. Как художники – оба создавали привлекательный образ сталинского СССР, в стиле «Жить стало лучше, жить стало веселее». Они стали зеркалом эпохи, оба были любимы в народе и не обделены государственными наградами и званиями. Оба превратили в кинозвезд своих поющих белокурых жен – Любовь Орлову и Марину Ладынину. Да и в биографии комедиографов было немало общего.

В искусство их привела Гражданская война. Они и сдружились на фронте, устраивая представления для красноармейских театров в Сибири и на Урале, на колчаковском фронте. У Пырьева к тому времени имелся и опыт Первой Мировой, он даже заслужил Георгиевский крест… Но с 1917 года стал убежденным большевиком. В 1921 году командование решило направить талантливых молодых режиссеров в Москву, учиться. Их премировали трофейными шинелями, командирскими шапками и сапогами. В то время валюту им заменяла соль. В долгой дороге на нее можно было выменять всё, что угодно – и они взяли с собой по котомке соли.

Жить им было негде, а театры в то время общежитий не предоставляли. Кроме одного. И они поступили именно туда – в Первый рабочий театр Пролеткульта. Там еще и кормили бесплатными обедами. На курсах при театре преподавал уже ставший мэтром Всеволод Мейерхольд и Сергей Эйзенштейн, обладавший репутацией молодого гения. Он поставил со своими учениками комедию Александра Островского «На всякого мудреца довольно простоты». Но – в сверхавангардном цирковом ключе. Например, Александров в этой пьесе ходил по трапеции. Пырьеву многое не понравилось в этом спектакле. Возможно, ему не хватило «простоты».