— Профессор!

Ему навстречу, раскинув руки, шел Серега Хлыст, паренек, которого он несколько лет опекал и учил жизни. Только выглядел он не как тот волчонок, резкий и злой, что запомнился ему. Серега выглядел как хозяин наступившей новой жизни. Одно пальто стоило… Профессор не знал, сколько стоит такое пальто и костюм. Понимал только, что очень дорого. И длинный, невиданных размеров Мерседес тоже намекал на резко поднявшееся благосостояние лобненского босяка. А полдюжины тачек с братвой, которые почтительно стояли полукругом, намекали на еще большее. Хлыст теперь — настоящий авторитет, под которым ходит немалая команда.

— Хлыст! — Профессор обнял старого знакомца. — Ты как узнал, что я выхожу? Я и сам час назад…

— Долгая история, — хмыкнул Хлыст. — Но я же тебе говорил тогда, что сам поплыву. Вот и поплыл."

"— И выплыл, как я посмотрю, — задумчиво сказал Профессор, незаметно трогая кожу сидений. Даже на ощупь было круто.

— Поехали, Колян, — скомандовал Хлыст, и огромный, как корабль, автомобиль, тронулся, проворачивая снег колесами. Он повернул голову и сказал. — Мы ночью уже дома будем, Профессор. Тысяча триста километров. Ребята за рулем меняться будут. Скоро Новый год. Встретим его как люди.

— Тут рынок за углом, — попросил вдруг Профессор, когда они заехали в Сыктывкар. — Останови минут на десять.

— Если нужно чего, ты только скажи, — удивленно посмотрел на него Хлыст. — Колян все купит.

— Останови! — с нажимом произнес Профессор и выскочил, едва только Мерседес затормозил у обочины.

Он ввинтился в толпу, наполняясь ее запахами и звуками. Профессор любил толчею рынков и трамваев, потому-то и стал тем, кем стал — щипачом высшей категории, настоящим мастером с чуткими, как у хирурга, пальцами. Он прислушивался к людям, настраиваясь на их волну и пытаясь уловить их немудреные мыслишки. Вот эта выбирает яйца подешевле, а эта торгуется за кусок копеечной бульонки. Мимо… Профессор пошел в другой конец рынка, где торговали шмотками. Здесь висела кожа из Турции, ультрамодная мечта всех пацанов. Вот тут-то он и половит свою рыбку. А вот и она! Толстая, густо накрашенная тетка, рядом с которой шел прыщавый отпрыск лет семнадцати. Судя по жадным взглядам, которые паренек бросал на развешанное богатство, он мечтал казаться круче, чем есть, и прямо сейчас. А профинансировать его преображение должна любящая мама, которая прижимала к груди сумочку, в которой и лежала заветная пачка бабла.

— Вот эту куртку покажите нам! — сказала дама, поджав губы, а Профессор пристроился рядом, как бы тоже изучая ассортимент. Дама подозрительно посмотрела на него и брезгливо отодвинулась. Выглядел он так себе, одни синяки под обоими глазами чего стоят.