— Зачем ему дом?

— Для регистрации, ясное дело. Продала за копейки, дороже все равно никто бы не купил. Только с регистрацией вышла незадача, — хихикнула она. — Через нашу деревню дорогу прокладывать будут, дома под снос, там всего-то три избы, оформить на себя его Алик не смог. — Наташа усмехнулась. — Деньги зря потратил, хоть и плевые. На меня обиделся, ты, говорит, нарочно меня не предупредила. Ну, не все же им на нас наживаться, — философски закончила она.

— Дом где?

— Деревня Вяхирево.

— Там, где объездную прокладывают?

— Ага. Через нашу деревню аккурат посередине и пройдет.

Дом тот, что с краю, ближе к лесу.

— В деревне кто-нибудь живет?

— Последний житель, моя мама, умер семь лет назад. Дачники приезжали, но сначала один помер, потом другая. Два года, считай, деревня пустует. Теперь дорога, ее и вовсе снесут.

""Весьма подходящее место, чтобы укрыться на некоторое время"", — подумала я.

— Что ж, спасибо вам за помощь, — поблагодарила я и направилась к двери.

— Вы в деревню собрались? — спросила женщина.

— Да. А что?

— Там никого нет. Вчера наши туда ездили, дом заперт, замок и на входной двери, и на воротах, что во двор ведут.

Ставни тоже закрыты. Решетки на них, так что, если замки висят, в доме никого. Они и меня к вам послали, потому что уверены: Алика там нет.

Я вернулась к окну и вновь устроилась напротив женщины, она смотрела, улыбаясь.

— Значит, они его ищут. Кстати, они — это кто?

— Наши, с рынка.

— Выходит, уже знают, что домой он не поехал.

— Конечно. И о девчонке всех расспрашивают. Видать, здорово вы их напугали. Мой так вообще психует не пойми с чего. Спрашиваю, тебе-то что до Алика и этой девки, ты у меня прописан, тебя не тронут, а он только глазами зыркает, нехристь.

— Это ваш друг?

— Сожитель. Он Махмуду Каримову дальняя родня, хотя у них нашему забору двоюродный плетень, а все родственники. Алик Каримов ему тоже никакой не брат, то есть по-ихнему брат, конечно, а по-нашему седьмая вода на киселе.

— Звать сожителя как?

— Мишкой зову. Он вообще-то мужик неплохой, только больно нервный. Как Каримов здесь объявился, он вообще точно бомба стал, того и гляди взорвется.

— Не сошлись характерами с Каримовым?

— Да вроде все нормально. Наши его не любят, хотя, может, мне так кажется, но боятся точно.

— Чего же его бояться? — удивилась я.

— А кто их разберет? Может, он у них дома какой-то известный человек.

— Чем Махмуд Каримов здесь занимается? — решилась спросить я, разговор казался все более интересным.

— Ясное дело, торгует. Чем же еще? Хотя… если между нами, торговля его мало интересует.

— Почему вы так решили?

— Ну, наши-то целый день на рынке, и за копейку удавятся, там скупают, здесь толкнут, вертятся волчком. А этот спокойный такой, лишний раз не шелохнется.