*** Алена ***

— Алена, ты уверена, что хочешь остаться здесь? — спрашивает Вася, несколько брезгливо осматривая полупустое помещение. А мне смешно становится.

— Это, конечно, не ваши двухэтажные хоромы в центре Москвы, но это моя квартира. Можешь представить, что это для меня значит?

— Да, да, — бурчит она, вешая сумочку в прихожей. Все-таки Макар молодец. Пара дней и пустые стены превратились в приемлемое жилье. Вот что значит, когда хочешь угодить жене. — Просто она такая маленькая.

Вася действительно обходит студию в пару шагов, но я качаю головой.

— Вася, ты зажралась. Сама рассказывала, как вы жили вчетвером в одной комнате в общаге.

— И мне кажется, что комната была больше этой светлицы, — смеюсь на ее последнем слове, а она оборачивается ко мне и делает шаг, чтобы обнять. Она стала вторым человеком, чьи объятия я принимаю без раздражения и тошноты. — Тебе плохо у нас жилось? Своя комната, постоянная работа с детьми. Хотя понимаю, они звери.

— Они замечательные. И не могло быть иначе в такой семье как ваша…

— Мы часто соримся, — напоминает Вася, стирая слезы и смотря мне в глаза. — Иногда даже орем.

— У вас равенство, а это о многом говорит. Вася, эти две недели были очень хорошими, я была счастлива. Но мне пора двигаться дальше. Хватит быть на иждивении.

— Мне неприятно, когда ты так говоришь. Я бы могла удочерить тебя, — предлагает она в который раз и даже дует нижнюю, пухлую губку. И это выглядит настолько забавно, что я понимаю Макара, который на ее обиды готов ради нее на все. И да, мне бы хотелось, чтобы эта семья стала моей. Потому что нельзя пожелать лучшей матери, чем Василиса. Но я предпочту быть ее подругой. Так будет правильнее.

— Но тогда я никогда не смогу тебе дорассказать свою историю, — напоминаю я, на что она хмурится. Потому что это самое ярое ее желание. Она не настаивала, но я была близка, чтобы поведать все, что со мной произошло. Но стопорнула на гареме, дальше даже вспоминать не хотелось, не то, что говорить об этом.

— Это запрещенный прием…

— Зато эффективный, — хмыкаю я, и возникает пауза. Я люблю Васю, но сейчас уже хочу остаться одна. За две недели мне такого удовольствия никто не предоставил.

— Ладно… — со вздохом осматривает она комнатку. — Не знаю, чем ты будешь здесь заниматься. Задыхаться разве что…

Улыбаюсь этой доброй мажорке и снова обнимаю. Уже сама.

— Завтра у меня собеседование. И поверь, здесь я буду только спать.

— И зачем тебе так скоро работу искать?

Смотрю на нее с раздражением, потому что и этот разговор уже не первый.

— Потому что я хочу ощутить себя человеком? — предполагаю я язвительно и сама подталкиваю ее к двери. — Вася, я позвоню завтра, когда меня не возьмут…

— Еще чего?! Лучше позвони завтра, и отметим начало твоей новой жизни.