Там можно еще раз вспомнить, как любила мочалкой Алена намыливать мое тело после трудового дня. И можно забыть, как планировал сделать это ежедневным ритуалом. Там в зеркале можно увидеть глаза, в которых нет больше блеска. Только холодная решительность. Алена ведь сама все сказала. Может быть, пора прислушаться к тому, что она действительно хочет. И к тому, что действительно нужно мне.

Иду одеваться и вздрагиваю, когда вижу звонок Алены. Одно ее слово. Всего одно слово, что она готова быть со мной. Всего одно. И я бы стал настоящим эгоистом и заставил бы ее пройти весь позор, но стоять рядом со мной на политической арене. Но Алена сказала свое слово, а я больше не должен думать только о себе. Еще пару раз мелодия разрывает телефон и мое сердце. А потом замолкает. Так же как замолкает внутри меня надежда на счастливый исход нашей с ней истории.

Глава 47

*** Алена ***

— Алена! — снова Никита меня перебивает, когда рыдания рвутся из груди. — Я не совсем уже инвалид. У меня есть образование, собственные накопления! Мы можем, знаешь, что…

— А я скажу, что! — последние силы на крик применяю. — Твоя ненависть ко мне приобретет самые уродливы формы, и ты будешь унижать меня, бить меня, мучать меня. А знаешь, что я? Я и слова против не скажу. Не смогу сказать! Потому что люблю тебя! Потому что не могу тебе противостоять!

Резкий бросок телефона, и он отключается, а я глаза руками закрываю. Пытаюсь реветь.

Ну хоть одну слезу из себя выдавить. Не задыхаться, словно на высоте, а крикнуть в голос. Но не получается. Ничего не получается. Только качаться из стороны в сторону, сидя на полу, и надеяться, что Никита перезвонит. Что еще раз предложит самое нерациональное, что мы можем с ним сделать. Самое безумное и неблагодарное к тем, кто меня приютил. Кто его воспитал.

Надо было сразу соглашаться, верно?

Устроила истерику на ровном месте. Дура!

И пусть бы потом унижал, пусть бы делал, что хочет. Только был бы моим. Родным. Любимым. Пусть бы ненавидел. Только бы любил.

Только был бы рядом…

Именно эти мысли приходят в дурную голову, стоит мне понять, что я продолжаю сидеть и зажимать лицо ладонями.

Сколько? Минуту? Час? Может уже все закончилось? Может быть свадьбу отменили?

Но подбежав к окну, я вижу, что моя эмоциональная казнь только начинается. Повсюду снуют официанты, организаторы, музыканты, прибывают первые гости. А среди них мама Нади, которая взяла на себя всю подготовку, потому что Мелиссе не до того.

Она все еще пытается дозвониться до тренера. И теперь мне стыдно, что я не с ней, а здесь, страдаю, что отказала Никите. Выкинула телефон. Отключилась.

От ужасов прошлого. От страха за будущее.

Но ведь он сам предложил убежать. Уехать в другой город. Быть вместе. Любить друг друга.

А там, может, все бы забылось.