Протестанты же напротив, будут уязвлены и притеснены во многом.

– Хорошо.

– Думаешь?

– Да. Ты ведь слышал о покушении на Марту?

– О попытке покушения.

– Этот итальянец смог незадачливых убийц провести как детей. Но сути это не меняет. Андреас без всякого сомнения об этом узнает. И он должен будет как-то отреагировать. Это ведь совершенно неслыханная наглость!

– Не понимаю, кого Сигизмунд слушал… – покачал головой Фердинанд, соглашаясь с племянником. – Андреас будет в ярости. И улучшив момент без всякого сомнения попытается отомстить.

– Главное, чтобы он знал кому именно нужно мстить.

 – лукаво улыбнулся Филипп. – Есть у меня подозрения, что ему нужно как-то донести мысль о подлоге. Что Сигизмунда подставил. Еретики. И что настоящие его враги – это последователи Лютера и Кальвина.

– Думаешь, он поверит?

– Ты уж дядя постарайся, чтобы он поверил. Не упусти этот шанс. Сам видишь – Всевышний своим провидением передает в твои руки оружие, способное сокрушить твоих врагов на севере. Уверен, что его воины не откажут ему в такой малости. Особенно если им все правильно рассказать.

– Ты мне поможешь в этой войне?

– Разумеется.

Я уже начал готовить свои войска к вторжению во Францию. Нидерланды же воют от шалостей датчан. И просят защиты. Поэтому я буду вынужден в скорости отправить туда войска. Но воевать с датчанами я не планирую. Слышал, что французы тоже чего-то там затевают. Уверен, что если их не занять делом, то они обязательно помогут протестантам. Ты, кстати, завершил свои дела в Венгрии?

– Почти, – нехотя ответил Фердинанд.

– Что-то пошло не так?

– Венгры. Они неуправляемы. Я просто тону в их бесконечных дрязгах. Уже видеть их не могу.

– Я могу тебе чем-то помочь?"

"– Я бы попросил тебя прислать несколько терции, но Генрих – сильный противник. Уверен тебе они понадобятся самому. Так что я могу тебя просить лишь молится за наш успех… – развел он руками.

– Разумеется. – ответил Филипп и улыбнулся.

Его философское отношения дяди к тому, что Андреас принял титул Императора Восточной Римской Империи несколько напрягло. И навело на мысль о том, что тот был как минимум в курсе. А то и вообще – участвовал как-то косвенно в этом деле.

Особенно в связи с тем, что дела в Венгрии у него не ладились совершенно.

И ему требовался какой-нибудь красивый повод из этой войны вылезти. Строго говоря Крестовый поход его формально удался. Было разбито несколько османских контингентов. Занято какое-количество крепостей да городов.

Явный же успех.

Но с каждым шагом, судя по всему, он ввязывался в местные проблемы. А там была такой гадючник, что даже османы, несмотря на всю лихость и склонность к решительным действиям, не сумели разобраться. Поэтому дядя явно не спешил.