В моём случае хоть собственность пожалеют.

Даланая и Куэско мне подходили больше — вполне, по местным меркам, прогрессивные страны. Особенно мне понравилось, что там женщина может не только иметь свой бизнес, но и сохранить имущество, принадлежащее ей до брака. И у нас, и в Интании женщине, если она не вдова, не принадлежало ничего — при заключении брака всё её имущество становилось собственностью мужа.

— Вдовы всё равно выходят замуж? — удивилась я.

— Да что вы! Бывает, конечно, когда старший в роду грозится отлучить от семьи, но в большинстве своём наши вдовы, имеющие возможность прожить самостоятельно, замуж больше не выходят.

Правильно делают, я бы тоже не вышла.

— Есть ещё Аврикия. Вам интерсно?

— Конечно!

Крепостных в Аврикии нет, но рабство существует. Часть местного населения промышляет пиратством, пленных другой веры продают на невольничьем рынке. Но, бывают случаи, когда продаются и свои — сами, без принуждения.

— Ну, как бы не совсем без принуждения, — усмехнулся Генрих. — Бывают ситуации, когда глава семьи может попасть в долговую яму. Тогда у него есть выбор — продать на несколько лет себя в работники и отрабатывать долги, или продать кого-то из семьи.

Сыновей, разумеется, все берегут, а девочек ценят мало. Женщины там не имеют права голоса.

— Отец продаст дочерей? На какой-то срок?

— Навсегда, в этом случае нет временных рамок.

— Вы рассказываете страшные вещи, Генрих!

— Увы, я рассказываю вам чистую правду. Но не пугайтесь — Аврикия от нас очень далеко, за морем.

— А море? Море близко?

— Хотите отправимся туда прямо сейчас? Вы видели море, Эльза? Оно прекрасно!

Где-то рядом находится море? Но почему я ни разу не почувствовала характерного запаха водорослей, горячего песка, свежего морского бриза? Никто в моём окружении никогда не обсуждал морские прогулки, или хотя бы промыслы.

Как можно жить близко от моря и не чувствовать его присутствие?

Последний раз я была на море несколько лет назад — я страшно соскучилась. Если это в самом деле недалеко, то, может быть, стоит согласиться? Мне ещё часа два можно безопасно гулять.

— Хочу. Но у меня мало времени, как только солнце начнёт садиться, я должна вернуться.

Успеем?

Генрих кивнул:

— Тогда я применю некоторые свои навыки. Не бойтесь, закройте глаза и дайте мне руку.

Я колебалась. Какие навыки Генрих собирается применить? Впрочем, если я закрою глаза, не перекинет же он меня через плечо и не потащит ли в ближайшие кусты — тащить и с открытыми глазами можно.

Герних осторожно приобнял меня за плечи и вдруг подхватил на руки! Ну вот! А я ему почти поверила!

Рот и глаза я открыла одновременно — чтобы заорать и увидеть, куда он меня несёт.