Ей было так спокойно, так тепло… Но ведь это не может быть одеяло!

Она изумленно приоткрыла один глаз, потом другой, вздрогнула, когда чья-то рука сомкнулась на ее талии, а потом раздался знакомый голос:

– Все хорошо, Белла, не волнуйтесь. Вы в безопасности.

В безопасности! Ее затопила волна облегчения, а потом и благодарности. Она не в тюрьме. Это не сон. И Лахлан рядом.

– Вы за мной приходили. – Белла, едва проснувшись, забыла, что надо быть начеку, и в ее голосе отчетливо слышались радость и удивление. – Не только в этот раз, но раньше, когда меня спасали.

Это были вы.

Воспоминание причинило ей боль. Она помнила, как всматривалась вниз, в темноту, и видела, что из башни выбежали двое – сразу после взрыва, который ее разбудил. Один из мужчин поднял голову. В тот момент она знала, кто это, но потом сказала себе, что этого не может быть: ведь он ее предал, – и вот теперь узнала другое: он не хотел ее предавать. И Белла поверила ему. В глубине души она всегда это знала.

Судорога исказила лицо Лахлана. Если бы она не знала его так хорошо, то могла бы подумать, что это боль.

– В тот момент, когда увидел, как вас сажают в телегу, я поклялся вас освободить.

Жаль только, что не вышло раньше.

– Что произошло в тот день?

Он коротко поведал об основных событиях, но она хотела знать все.

Лахлан напрягся. Белла видела, как он стиснул зубы, и поняла, что ему эта тема неприятна. Кажется, он даже разозлился, но не на нее, а на себя.

– Вы знаете почти все. Я был так зол, что забыл об осторожности. Один из людей Росса заметил меня в порту, где я пытался нанять лодку, а потом топил горе в местном эле. У него было достаточно времени предупредить Росса.

Они шли за мной от кабака, а когда поняли, куда именно я иду, окружили меня. Я, конечно, дрался, но их было слишком много, да и спиртное возымело свое действие. Они меня вырубили и заковали в кандалы, так что в себя я пришел как раз перед тем, как вас вместе с остальными женщинами выводили из часовни.

– Цепи! – воскликнула Белла. – Так вот что мне пытался сказать Уильям! Он увидел цепи.

Лахлан кивнул.

– Я пытался хоть что-то сделать: даже сумел сбросить один из наручников, – но они заметили. Росс зорко меня стерег, поскольку имел причины мне не доверять.

Мы с ним уже сталкивались.

– Вы были в тюрьме?

– Несколько месяцев.

– Но смогли сбежать?

Лахлан кивнул.

– К тому времени, как вас уже засадили в клетку, я узнал, что Брюс возвращается в Шотландию.

Белла нахмурилась.

– Как вы узнали?

– У него был шпион в английском лагере, и я его знал. Еще я выяснил, что Гордона и Маккея держат в Уркварте, и отправился на юг за помощью, догнал Брюса и остальных гвар… – Лахлан осекся, но тут же поправился: – Армию.