На поросшие травой берега лег сверкающий покров росы. Справа от них, к северу, дорога уходила в густой лес: ветви деревьев сгибались под тяжестью обильной листвы и косматого мха, напоминавшего бороду друида. Там, под темными сводами и меж морщинистых стволов и веток, путники могли найти убежище, если возникнет такая необходимость.

Если бы опасность не караулила их за каждым стволом, за каждым поворотом дороги, Белла могла бы даже восхищаться роскошной зеленью и красотой местности, но сейчас, напротив, лес казался ей зловещей чащей, река – кипящим котлом, а свежий утренний воздух висел неподвижно, навевая дурные предчувствия.

Но мало-помалу день разгорался. Тени поблекли, вынужденно разоблачая свои тайны под напором яркого сияния солнца. Свернув с дороги в лес, Лахлан поднялся на холм и там остановился. Белла изумленно ахнула. Напротив, на другой стороне долины, возвышался замок Роксбург, целый небольшой город на треугольном мысу, образованном в месте слияния рек Твид и Тевиот. Это была громадная крепость – стены, башни, надежно охраняемые ворота; она никогда не видела ничего подобного. Замок заслужил славу сильнейшей крепости на всей границе, но она и представить себе не могла такое.

Пять, шесть, семь… Белла насчитала по меньшей мере восемь башен, охранявших только главную крепость.

Владыка небесный, разве можно надеяться, чтобы проникнуть в такое место незаметно? И как Лахлан надеется отыскать там ее дочь?

Лахлан же тем временем спешился и быстро посовещался с Робби Бойдом (сэр Алекс, который благодаря своему йоркширскому акценту мог сойти за местного, поскакал вперед расспросить деревенских), прежде чем помог спешиться Белле.

– Мы будем ждать здесь, пока не вернется Дра… – Он осекся. – Пока не вернется Сетон.

Белла кивнула, хоть еще и не понимала, как это тяжело: ждать, зная, что Джоан совсем рядом, а она ничего не может предпринять. Замок был так близко: казалось, протяни руку – и дотронешься. Дьявольский соблазн!

К счастью, долго ждать не пришлось. Белла едва успела позавтракать овсяными лепешками и вяленой говядиной, которые заставил ее съесть Лахлан – а он умел настаивать, – когда среди деревьев появился сэр Алекс на коне. Ее не насторожило кислое выражение его лица: она привыкла к гримасе недовольства на лице этого некогда приветливого молодого рыцаря.

Война изменила его, как изменила и ее. Смерть и страдания сделали их мир жестоким!

Должно быть, Лахлан увидел то, чего не заметила она.

– Что-то не так?

– Свадьба состоялась несколько дней назад, – ответил рыцарь.

«Кажется, для них это дурная весть? Неужели они что-то от меня скрывают?» – терялась в догадках Белла.

Сэр Алекс помолчал и добавил:

– И многие гости уже разъехались.

У нее упало сердце.