— Просто впусти меня, — ее дрожь передается и мне, — я могу быть нежным, сделаю все сам, тебе понравится.

— Нет, Кир.

Замираю, уткнувшись лбом сбоку от нее.

«Разве мало ты получила за сегодняшний вечер, Яда?»

Я ведь друга лучшего чуть за тебя не убил! И остановиться не мог. Ничего не слышал и не видел, только, как он наклоняется к тебе, чтобы поцеловать, и как ты улыбаешься при этом. Или привиделось?

Леший знает, я уже и глазам верить не берусь.

Ни во что уже не верю… Отравленный тобой, хуже аконита, сдуревший вконец. Ни мыслить не могу трезво, ни дышать, как человек.

Что еще ты хочешь?

Ворвалась в мою жизнь, разворотила здесь все, пробежала черной кошкой между мной и Светом, с невестой рассорила. Не то чтоб я так уж хотел именно на ней жениться, но факт остается!

Дразнишь вечно, как пса голодного шматом мяса. Поманишь перед рожей, дашь лизнуть пару раз и сапогом по носу, чтоб не смел, сука, обольщаться.

Смотрю на дрожащие губы. Шепчут одно, просят совсем другого. И ведь могу “не услышать”, сломать жалкое это сопротивление и уже через пару минут она забудет, о чем просила, а я получу, наконец, чего хочу давно уже.

Так просто. Но я …. не хочу. Не хочу так твою, мать!

Не хочу ни силой, ни хитростью! Никогда меня это не волновало, а теперь вдруг что? Злюсь на себя, на нее, бессовестно играющую на нервах.

От рождения их этому обучают что ли?! Всех до единой?

Сдерживаюсь, как могу, держу в узде и себя, и всколыхнувшуюся в сознании тьму. Получить глоток света — вот чего она хочет. Подземные чертоги вечной ночи, оледенелые, одичавшие, не знавшие тепла солнца. Властвовавшая там сила извечно к нему тянется и никогда не находит. Закон богов от разделения мира.

Какое еще “нет” Яда!

Ты издеваешься?!

Отстраняюсь только чтобы всмотреться в лицо. Серьезно? Нет, говоришь?

Начинаю понимать, что дело здесь вообще не в смущении. Стажерка моя, видать, еще не определилась, кого ей больше хочется. Меня или Горыныча. Попробовать двоих, чтобы выяснить, чей хер слаще? Такой был план?

Чертовы бабы, все одинаковы. И она, такая же, как остальные.

«Ищешь место подоходнее и потеплее?»

Мысль эта отрезвляет. Как рукой сняло и дурман любовный и даже желания все отбила разом, кроме разве что желания прибить ее. И Горыныча тоже до кучи.

Озвучиваю ей очевидное. Она просить не передергивать и не надевать маску.

Маску, говоришь? Хочется рассмеяться ей в лицо, но мускулы не слушаются, получается в самом деле маска. Злая, уродливая.

Кощей, как есть.

Не заслужила ты, Яда, ни честности, ни искренности.

Я пытался, Чернобог мне свидетель, пытался, твою мать! Но играть со мной, как с щенком бродячим не выйдет. Одного поманила, перед другим хвостом покрутила…

Нет, Ядвига. Я своим не делюсь.