Проявил благородство? Ха!

Хэйвард многозначительно на меня посмотрел, я едва заметно качнула головой, он тут же всё понял и не стал вмешиваться.

— Я способна сама за себя постоять, будьте уверены, лорд Зогвар.

— Хорошо. Докажи!

Гости зашумели, поддерживая законного наследника. Но я видела в их глазах сомнение — каждый знал Эрленда Дрэйха как умного и дальновидного правителя. И беспощадного. Такой не станет отдавать трон какой-то выскочке, пусть и высокородной. Наверняка есть что-то, о чём ни один из них не знает…

Жители Дрэйхгарда собрались за городом и наблюдали за нашей битвой. Не было подначивающих криков толпы, люди и нелюди стояли безмолвной стеной, следя за каждым нашим движением.

— Лучше бы ты послушал своего отца, — сказала я, стоя напротив соперника.

— Я пятая звезда! Ты не ровня мне! И не тебе советовать, как себя вести. Старика больше нет, он предал меня, потому его слова более не имеют для меня никакого значения! Сражайся и умри!

Я устало вздохнула. Следом распорядитель подал знак, сигнализируя начало схватки.

Первый удар Зогвара был стремительным: воздух вокруг его кулака загустел от концентрации маны, превращаясь в смертоносный таран. Я даже не стала уклоняться, просто подняла руку, и сырая мана, послушная моей воле, рассеяла его атаку, словно утренний туман.

Зогвар на секунду растерянно замер, явно не ожидавший подобного. Неверяще покосился на свои руки, затем на меня, но быстро совладал с собой. Набычился и снова призвал свою силу. Его тело окутала красная аура ярости. Он начал чертить в воздухе руны — призыв огненного шторма. Я терпеливо ждала, пока закончит. Но движения противника были неточными, торопливыми. Гнев затуманил его разум, и руны выходили кривыми, нестабильными. Я могла бы позволить заклинанию развалиться самому, но рисковать жизнями зрителей не входило в мои планы. Поэтому одним плавным движением активировала печать подавления. Синие линии вспыхнули в воздухе, формируя сложный геометрический узор, с гудением преодолели расстояние до Зогвара и с тихим шипением поглотили шаткую конструкцию.

— Невозможно! — выдохнул мужчина.

— Нет ничего невозможного. И твой отец знал это, — ответила я, рисуя следующую печать.

Руны послушно ложились одна к другой, складываясь в древний узор — печать усмирения. Для смотрящих со стороны я создала заклинание буквально по щелчку пальцев. Зогвар отреагировать не успел — сине-серые нити дикой маны оплели его тело и стали стремительно сжиматься.

Зогвар пытался сопротивляться — грубо выпускал свою энергию, в стремлении порвать путы, спеленавшие его. Но каждое такое усилие приводило лишь к тому, что канаты дикой маны становились толще и стискивали его пуще прежнего.