А сейчас слезы струились по щекам, оставляя замерзающие на легком морозе дорожки. Корсаковская машина уже давно выехала со двора, а она, как дура, все стояла и смотрела ей вслед. Нет, она просто не могла сейчас пойти домой и притворяться перед Лизой и Любовью Николаевной, что все в порядке.

Она волновалась, очень волновалась, а тревога в ее случае всегда выражалась в одном — стремлении действовать. Такая вот особенность организма. Вот и сейчас нужно было срочно решить, что делать дальше. Лить слезы в подушку и ждать было не для Лиды Корниловой.

Постучав телефоном по зубам, что выдавало крайнюю степень задумчивости, Лида приняла решение. Для начала она позвонила свекрови и лицемерным голосом сообщила, что ее срочно вызвали на работу и ночевать она не вернется.

Затем, покопавшись в телефонных контактах, она нашла номер медсестры Вари. Варин отец работал в порту, это она точно знала из рассказов девушки. Изумленная вечерним звонком Варя позвала к телефону своего папу, и тот, выслушав сбивчивый рассказ Лиды, из которого ничего не понял, дал ей телефон главного инженера Большакова. Вообще-то Лида пыталась узнать телефон Селезнева, но папа Вари нового начальника службы безопасности еще не знал. Большаков трубку снял после первого гудка.

— Николай Петрович, вы меня не знаете, но это неважно, — затараторила Лида в трубку, боясь, чтобы ее не перебили. — Я соседка Ивана Михайловича Корсакова, меня зовут Лидия Корнилова, и мне нужна ваша помощь.

— Что случилось, уважаемая? — зарокотал в трубке хорошо поставленный баритон. — С Иваном Михайловичем что-нибудь?

— Нет, то есть да, то есть я не знаю, — сообщила Лида. — Мне нужно срочно найти телефон вашего начальника службы безопасности, Селезнева. Помогите мне, пожалуйста. Это очень важно.

— У меня нет его телефона, — голос в трубке зазвучал взволнованно, — я его видел всего несколько раз, насколько мне известно, он еще не приступил к непосредственному исполнению своих обязанностей, но если вам очень нужно, то я постараюсь найти. Скажите мне, что случилось?

— Иван Михайлович поехал на дачу к Матвееву. Бывшему директору порта. И я волнуюсь, понимаете?

— Если честно, не очень, — признался Большаков. — Что в этом визите вас так взволновало?

— Он уверен, что это Матвеев убил Григория Маргулиса, — призналась Лида. — И решил вывести преступника на чистую воду."

"— Матвеев? Убил Маргулиса? Зачем? — В голосе главного инженера звучало такое искреннее изумление, что Лида в иной ситуации, пожалуй, даже бы засмеялась. Но сейчас ей было совсем не до смеха.

— Это долгая история, Николай Петрович. Роман Новиков сказал на допросе, что он от Матвеева узнал, что Ивана ударили по голове.