Далеко еще?

— Нет, вон поворот на Дикую, а там первый коттеджный поселок слева проезжаем, потом справа заброшенная деревня будет, там один дом всего жилой, чудак какой-то живет, а потом справа второй поселок, так нам в него.

Дорога действительно поворачивала направо от трассы. На отворотке было темно и пустынно. Колеи от проехавших с вечера машин уже занесло снегом. Внезапно начавшаяся метель летела на лобовое стекло, залепляя его, в свете фар она выглядела сплошной белой пеленой, в которой терялись обочины, возможные встречные машины и прячущиеся в лесной чаще лоси.

— Так и в аварию попасть недолго, — пробормотал Иван и перешел на пониженную передачу. — Вообще не видно ничего. И колею сразу заметает.

Из темной мглы выступил слева светящийся огнями поселок. Иван понял, что это первый ориентир, который ему назвал Беляев. По обочине дороги шел одинокий человек с большой собакой. Иван вильнул в сторону, чтобы не сбить их, и снова снизил скорость."

"— Вот никогда не хотел за городом жить, — мрачно сказал он. — Мама моя всегда смеется, что я дитя урбанистики. Мне в лесу жить страшно. Как можно хотеть каждый день утром ехать в темноте отсюда, а вечером сюда. Это же ненормально.

— Зато воздух свежий, — философски заметил Беляев. — Для нашего города особенно актуально. Это сейчас целлюлозно-бумажные производства стоят, а двадцать лет назад дышать же невозможно было.

Справа мелькнула брошенная, заметенная снегом деревня. Дорога здесь шла в гору, направо уходила узкая, но проезжая тропа, которая поднималась вверх, к одиноко стоящему огромному дому, в котором светились окна. Вдалеке глухо лаяли собаки.

— Вот как можно на здоровую голову тут жить? — в сердцах спросил Иван. — Ладно еще коттеджный поселок. Соседи рядом, хоть есть с кем словом перекинуться.

— Родовое гнездо человек отстроил. Что ж делать, если оно в брошенной деревне. Сколько таких деревень по России, не пересчитать.

Еще минут через пять-семь машина, тяжело переваливаясь на наметенном на дорогу снегу, въехала в очередной поселок, довольно большой и жизнерадостный. Улочки здесь были довольно широкие, залитые желтым светом высоких фонарей. Добротные, не очень большие, но и не маленькие дома то там, то здесь сияли вечерними огнями. Во многих дворах стояли наряженные елки, над дверями переливались гирлянды. Поселок дышал покоем и ожиданием праздника.

— Странно, что поста охраны нет, — заметил Иван.

— Да господь с тобой. Этот поселок еще в советские годы строили. Как элитные дачи, обкомовские и облисполкомовские. Это уж потом, когда все наперекосяк пошло, тут многие участки бандиты выкупили, потом предприниматели пошли, сначала крупные, потом средние. А сейчас здесь уже второе-третье поколение живет, стариков много. Им охрана ни к чему.