Деду нечего было делать — бабки у нет, а сам он привык быть постоянно при деле. Я пометил у себя в голове, что надо поговорить с Анной, и сделать ему добавку к пенсии. Привык я уже к нему.

Он повёл меня к сараю, который находился за домом.

— Осторожно, ваш-бродие!

— В смысле? — уточнил я.

— Сейчас сами всё увидите, — хитро нахмурился дед, и открыл дверь в склад, где отъедался Голем.

Вдали показалось какое-то шевеление, и я сразу положил руку на меч.

— Что это за фигня?

Чем вызвал ехидную усмешку у деда."

"Из тёмного угла ко мне осторожно подошли, как будто принюхиваясь, две точные копии моего Голема. Вот только размером они были не больше полуметра.

— Это что еще за пиздюки? — удивился я.

— Да вот, сначала один появился, а сегодня второй.

— Твою ж мать! Это что ж получается? Нормальные люди коров заводят, а я… как всегда! У меня что, теперь есть своя собственная ферма Големов?!

Глава 4

Одно из убежищ «Короля»

г. Иркутск

Иван Иванович Иванов рвал и метал.

Первый раз в жизни ему стало понятным выражение — «загнанная в угол крыса». А Король никогда не считал себя крысой в своей комфортной долгой жизни. Он всегда был львом — царём зверей. Пусть в Иркутске, а не в Петербурге, но у него здесь было свое собственное царство. Любые попытки конкурентов или злопыхателей жестоко сразу пресекались. И кто же знал, что рядовое задание от его столичных покровителей по уничтожению зарвавшегося юнца, будет грозить факту существования самого Короля.

За недолгое время противостояния он потерял 80 % своего легального бизнеса, и 50 % нелегального. Окончательно испортил отношения со своими покровителями, а это ещё одна угроза. Ведь в любой момент им может заинтересоваться Служба Имперской Безопасности, и заинтересоваться всерьез. Но самое главное — это был жестокий удар по его репутации.

Тут и там стали возникать слухи на уровне — «а король-то голый!», тем более от таких людей, которых он даже раньше не замечал. Потихоньку началось дезертирство из его организаций. Кажется, находиться рядом с ним стало опасно для их жизни. А эти сраные аристо, которых он крепко держал в кулаке, всего лишь с ухмылкой сказали, что они уже ничего ему не должны, и скрылись на закате.

Разъяренный, он рванул в отделение банка, где обнаружил свои пустые ячейки. Поддавшись ярости, чуть было не устроил погром в этом банке, но вовремя образумился. С грустью и яростью он признал, что это «не его уровень».

За банком стояли непростые люди, и доказать им он ничего не мог. Камеры наблюдения, что ему любезно продемонстрировали, не показали ни одного человека, ни существа, подходившего к его ячейкам.