Но как же он бил этого юного новичка! Обычно такой спокойный и рассудительный Охотник. И его можно было понять — ему чуть не причинили «добро», в результате которого он едва не сдох. Я бы, наверное, вообще убил того мальца! Хотя вру, своих мы не убиваем. Но побил бы сильно, это точно…

Я собрался, и попрощался с Андреем. Тепло попрощался, пообещав непременно созвониться, и позже отпраздновать их спасение. За счет Андросова, разумеется. Ну, и награды обмыть! Тоже за счет Андросова, потому что он накосячил!

Волк уже ждал меня снаружи. Но сперва я зашёл попрощаться с Морозовой и Долгоруковой.

Света была рада видеть меня, и даже обняла на прощание. А вот с Марией творилось что-то непонятное. За эти два дня она как будто избегала меня, лишний раз стараясь нигде не пересекаться.

— Пока, — равнодушно сказала она.

— Ну ладно, пока, — сказал я, и пожав плечами. Странные они, эти девушки.

Уже выходя наружу, я услышал голос Марии.

— Спасибо тебе за наше спасение, — сказала она, когда я уже почти вышел из палаты.

Я на секунду задержался, думая, что ответить. Но уйти, не попрощавшись, было невежливо, поэтому я остановился, развернулся, и пристально посмотрел в глаза Марии. Гордая княжна внезапно потупила взгляд, и как будто, слегка порозовела.

— Не за что, Маш, — кивнул я. — Ведь так и должны поступать настоящие друзья. А вы же мои друзья, не так ли?

— Так, Саша, так! — довольно захлопала в ладоши Морозова.

Мария же, наконец-то, пристально посмотрела на меня, кивнула, и задумчиво проговорила.

— Да…мы друзья…

На улице, рядом с Волком, топтался на удивление трезвый и слегка задумчивый Астахов.

— Все вещи забрали? — спросил я.

— Да! — он кивнул на сумку, которая лежала в открытом багажнике.

— Это все твои вещи?

Его любимый меч висел у него сбоку. В баул, судя по размерам, поместилась исключительно его плохенькая броня. А больше ничего там и не было.

— Не люблю я все эти шмотки, — скривился Гриша.

— Понимаю, — сказал я. — Ну что, господа, в путь?

***

Первым, кто меня встретил в усадьбе — это был Петрович. Ну, кроме радостной Кары и Отморозка, который, обнюхав меня, подошел к колесу джипа, и сразу поднял ногу, чтобы пометить его. Но тут же, получив пинок от Волка, оскалился, но не набросился на моего лысого командира Гвардии. Похоже, у них возникло что-то вроде взаимопонимания. Хотя, зная характер Медоеда, тот будет постоянно пытаться доказывать, что именно он здесь главный. Но ничего страшного, Волк тоже не пальцем деланный.

— Здравия желаю, ваш-бродие! — Петрович, ""пристроившись к делу"", сбрил бороду и сейчас, как обычно, был гладко выбрит, слегка пьян, и очень вежлив. — Мне надо вам кое-что срочно показать.

С Петровичем получилось интересно. Официально на работу я его не брал, но он часто здесь ошивался.