Сижу, нахохлившись, как воробей и упрямо смотрю прямо перед собой.

— Долго тебя ждать? — Швецов распахивает дверцу с моей стороны.

Мне все-таки приходится выйти на улицу. Зябко кутаюсь в свою тонкую шубку, поднимаю повыше воротник и смотрю на мужчину, который мне все нервы измотал.

— Скажи, Ясь, это долго будет продолжаться?

— Что не так, Влад? Я не понимаю.

— Все не так. Все! — Он раздраженно ерошит волосы на затылке,"

"— Это не ответ.

— Ты ведь назло мне поперлась в этот клуб?

— Я туда поперлась, потому что поперлись все остальные и, заметь, не делала ничего плохого.

— Да? То есть то, что перед тобой мужик почти голый крутился, и ты ему глазки строила — это нормально?

— Нормально. Напоминаю — я свободная. Это, во-первых. Во-вторых, мы были в стриптиз-клубе, конечно, там будут крутится раздетые люди.

— Могла бы не ходить с ними

— С чего бы это? Объясни-ка?

— Это неправильно, — выдает очень веский аргумент.

— Это нормально. Мы просто развлекались, а мужики и девки — для фона. Танцуют и танцуют, что такого. Я не зажималась ни с кем по углам и даже виноград из чужих рук не ела. — Я не знаю почему говорю это.

Просто внезапно перед глазами всплывает картинка из прошлого.

Влад досадливо морщится.

— Кстати, тебе эта ситуация ничего не напоминает?

Напоминает, еще как. Вижу, его тоже назад отбросило.

— Как ты там говорил? Если партнеры захотят в стриптиз-бар, я пойду с ними в стриптиз-бар. Так что, считай, я придерживаюсь твоей стратегии.

— Ты все переворачиваешь с ног на голову.

— Разве? По-моему, как раз мы повторяем тот путь, только местами поменялись. Главное различие в том, что тогда мы были вместе, а в этот раз — я ни черта тебе не должна. Твои претензии неуместны, ты сам это прекрасно знаешь.

Ты женатый мужчина, а я свободная и могу делать, что захочу. Хоть по стриптизам ходить, хоть сама этот самый стриптиз танцевать. Поэтому завязывай с разборками. Я не буду врать и отнекиваться, мне очень понравилось с тобой работать в последние две недели. Не порти, пожалуйста, это впечатление своим недовольством. Если хочешь с кем-нибудь поругаться — иди к жене.

— Отстань ты от этой жены. Она только на бумаге.

— Какая разница, — равнодушно жму плечами, но на самом деле мне горько, — на бумаге или по-настоящему.

Она твоя жена, а я тебе ничего не должна. Мы чужие люди.

— Ты же знаешь, что это не так!

— Я ничего не знаю и, если честно, очень устала. Уже два часа ночи, отвези меня домой.

— Нет.

— Не хочешь везти — я вызову такси. Без проблем, — разворачиваюсь, чтобы уйти, но Влад не дает сделать и двух шагов. Ловит, прижимая меня к себе спиной.

— Я не хочу тебя никуда везти. И отпускать не хочу, — его голос еле различим, — не могу.

***

От той тоски, с которой он произносит эти слова, давит где-то в легких.